Конфликт
Передача «Обретение смыслов»

Цикл передач "Обретение смыслов".
Выпуск №114 

Степан Сулакшин: Добрый день, друзья! Сегодняшняя категория, термин, понятие, с которым мы будем воевать и будем завоевывать его понимание, это «конфликт». Понятие это распространенное, но совсем не мелкое, очень ответственное, потому что конфликт из простого непонимания, из столкновения мнений иногда может превращаться в войну, где уже тяжелейшие потери, драмы, трагедии, кровь, несчастье. Все это надо понимать, чтобы быть ответственными в случаях любых конфликтов. Начинает Вардан Эрнестович Багдасарян.

Вардан Багдасарян: Актуальный вызов, который стоит сегодня, перспектива выхода на целевую жизнеспособную модель устройства Российского государства. И вот возникает конфликт – конфликт между большинством, 95% населения, и меньшинством, 5% всего населения. И эти 5%, меньшинство, не желают перехода к этой модели, а для большинства – 95% населения – она желаема.

Возникает вопрос: а можно ли без конфликта, без борьбы достигнуть этой желаемой модели? Здесь сталкиваются две позиции. Первая позиция заключается в том, что надо агрегировать все интересы, в том числе и интересы этих 5%, а вторая позиция заключается как раз в том, что какая-либо агрегация здесь невозможна, что этот конфликт не разрешаем без борьбы, без насилия, и вот о столкновении этих позиций мы и попытаемся порассуждать.

Тема конфликта, так или иначе, в гуманитарном дискурсе занимает центральное место.

Если взять общественные науки, то здесь любая проблема может быть декомпозирована до исходной конфликтной ситуации. Это одна из методологических основ познания в общественных науках. Анализ природы конфликта для гуманитарных наук – одна из базовых, ключевых проблем.

На конфликтной парадигме выстраиваются художественные произведения, конфликт лежит в основе большинства художественных произведений – в литературе, в киноискусстве. Разного рода конфликты занимают центральное место и в информационном контенте, в контенте СМИ. Наконец, на разрешении конфликтов, предотвращении конфликтных ситуаций в значительной степени выстраивается система права.

И вот возникает вопрос, а насколько конфликт имманентен человеческой природе, насколько конфликты задают человеческое общение, или здесь возможны и бесконфликтные проекции? Вот в этом плане я попытаюсь рассмотреть эту проблему через историю дискурса вокруг конфликта.

Если мы берем традиционное общество, то для него базовый, космогонический конфликт – это конфликт на трансцендентном уровне, конфликт между добром и злом. Борьба добра и зла идет постоянно, в каждый момент времени, и человек участвует в этой борьбе. Выбор между добром и злом осуществляется каждую секунду, то есть конфликт перманентен, он трансцендентен, и вне конфликта эта проекция для традиционного общества не мыслилась. В глобальном смысле конфликт понимается как выбор между добром и злом.

Если мы возьмем традиционные лиги, то было два измерения плоскости конфликта – одно горизонтальное, другое вертикальное. Горизонтальное – это община верующих, понимающих истинный путь, но есть и неверные или еретики, которые заблуждаются в своей вере. И первый конфликт – это конфликт взаимоотношения «мы – они». Мы – это те, кто принимает истинную веру, а они – это те, кто заблуждается и несет антиверу.

Второй конфликт – это конфликт в вертикальной проекции. Эта идея особенно четко была представлена в авраамических религиях. Есть духовное начало, и есть плотское начало, и здесь конфликт между духовным и плотским. Он был актуализирован в одних составляющих, в одних направлениях религиозной мысли, и деактуализирован в других.

Переход к новому времени – и вновь возникает, уже в нерелигиозной оболочке, тема конфликта. Первоначально новое время открывается с дискурса о природе человека, о том, какова его природа, и здесь сталкиваются два подхода. Один подход заключается в том, что природа человека имманентно злая, что человек зол, и поэтому конфликт лежит в основе человеческих отношений.

Второй подход – человек добр по своей природе, и конфликт имеет какие-то определенные исторические проекции, то есть в перспективе конфликты преодолеваются. Это был существенный вызов в отношении антропологии человека, существенная дискуссия.

Но в любом случае, и в первом – конфликт имманентен человеческой природе, поскольку человек зол, и во втором – человек добр, но конфликт существует исторически как отпадение от этой доброй сущности, конфликт в истории человечества представлялся как некая устойчивая константная составляющая.

По сути, на этой парадигме конфликта была построена гоббсовская философия, и известно, какую роль она сыграла в генезисе системы капитализма – борьба всех против всех, потом возникает государство, которое придает какой-то цивилизованный ракурс этим конфликтным отношениям.

Но, если мы посмотрим дальше продолжение дискурса, уже в XIX веке, здесь особенно четко представил тему конфликта дарвинизм. Дарвинизм ее перенес и на животную среду – эволюция движется через конфликт, через борьбу за существование, и на социальную среду, и уже с различными преломлениями дарвинизм нашел свое воплощение.

Неслучайно к фигуре Дарвина апеллировала и либеральная, и марксистская, и фашистская идеология. Тема конфликта была представлена и в той, и в другой, и в третьей проекции, и вне базовой идеи о конфликте ни одна из этих крупных идеологий не могла существовать.

На теме конфликта в значительной степени построена геополитика. Классические геополитические концепты заключаются в противопоставлении геополитических структур моря – талассократия, и геополитических структур суши – теллурократия, где разбойники моря и разбойники суши сталкиваются между собой. Философия жизни акцентирована на конфликте, то есть конфликт заложен в самой природе жизни.

Можно вспомнить высказывания Зиммеля, еще более яркие многочисленные высказывания Ницше о конфликте цивилизаций, теорию Хантингтона о цивилизационных столкновениях. Особенно значимое место в развитии теории конфликта занимала личность Карла Шмидта. Для него ключевым в социогенезе являлось определение образа врага и образа союзника. По Карлу Шмидту без образа врага, без определения, кто мы и кто враг, кто мы и кто союзник, невозможен социогенез. Развитие этой темы конфликта и констатация того, что конфликт заложен в человеческой природе, привело к двум мировым войнам подряд, и Вторая Мировая война закончилась с многочисленными жертвами.

Возникает идея попытаться определить, может быть, возможно как-то нивелировать, погасить конфликты, может быть, существуют какие-то технологии, для того чтобы избегать конфликтов. И вот возникло конвенциональное направление в политологическом и в целом в обществоведческом дискурсе, которое говорило о том, что можно попытаться управленческим способом выйти из системы конфликтных парадигм.

Здесь можно вспомнить ряд известных личностей, но анализ, который проводил каждый из них, исходя из установки, что конфликт можно преодолеть, в итоге сходился к тому, что конфликт-то все равно непреодолим, и что может меняться природа конфликта, но сам конфликт остается.

Ральф Дарендорф критиковал марксизм, он говорил о том, что нет классового конфликта. Но он пришел к выводу, что существует конфликт власти, потому что властью будут обладать не все, а стремление к власти заложено в самой человеческой природе. Одни обладают властью, другие не обладают, и в этом, по мнению Дарендорфа, уже заложена конфликтная парадигма.

Американский социолог Льюис Козер говорил о том, что общество по своей природе гетерогенно, и в силу его гетерогенности возникает противоречие. Сама гетерогенность общества (а любая сложная социальная система, любое общество гетерогенно, если это не какая-то мелкая община) соответствующим образом продуцирует конфликты.

Карл Дойч говорил, что ценности разные, а если они разные, то, соответственно, возникает вопрос, на какой ценностной парадигме следует осуществлять общественное строительство. И, ввиду того что ценности различны, и возникает конфликт. И уже не ставился вопрос о том, что конфликт непреодолим, а говорили о том, чтобы погасить градус этого конфликта, чтобы он не приводил к многочисленным жертвам.

Для нас в данном случае важна констатация, что есть хищники, и есть жертвы, что между ними идет борьба, и что пацифистские иллюзии не раз приводили к ложным стратегическим посылам. Поэтому констатация имманентности для общественного развития конфликта, который может модифицироваться в разные виды, очень важна для выстраивания политики, в том числе политики государства.

Владимир Лексин: О конфликтах, их проявлениях, последствиях, сценариях их появления и развития написано очень много. Наверное, нет ни одного значимого политика, ученого, особенно обществоведа, людей творческих, кто по этому поводу не высказал что-либо интересное. Причем люди высказывали вещи глубокие, своеобразные, оригинальные, тем не менее, как мне кажется, все это можно свести к одной очень простой фразе: конфликт неизбежен, он заложен в самой сути вещей.

У Лукреция Кара в его поэме «О природе вещей» есть целая глава о том, чем движется мир, и он движется конфликтом всего со всеми. Конфликт неизбежен, он заложен в природе вещей. Его нельзя исключить из нашей жизни, из нашего собственного сознания, из драмы политических сил.

Но можно научиться жить в мире конфликтов, и можно научиться, если, конечно, есть желание учиться этому, не искоренять его, а нивелировать его последствия, или, по крайней мере, делать так, чтобы они не были губительными для будущего человечества, да и для нас самих.

Что вообще такое «конфликт»? Латинское слово конфликт однозначно означает «столкновение». Это какое-то трудноразрешимое противоречие, связанное со столкновением интересов. Там, где в человеческом обществе есть интересы, обязательно есть конфликт. И важно понять, что конфликт всегда предполагает наличие двух или более сторон.

Даже если человек сам по себе внутренне конфликтен, а есть огромное поле социопсихологических исследований о том, насколько мы конфликты изнутри, все равно обязательно есть как минимум две противоположные стороны, которые борются друг с другом, и каждая из них пытается каким-то образом показать свою значимость, свою силу.

Надо сказать, что бесконфликтность как нечто негативное достаточно хорошо понималась всегда, и в советское время крайне критической оценкой каких-либо художественных произведений, кинофильмов, спектаклей, книг было определение «бесконфликтность»: «Это бесконфликтная ситуация, это плохое кино, это плохая книга» и так далее.

Здесь есть еще одно понятие – «интерференция». Это понятие, конечно, более распространено в физике, но в социопсихологических и не только исследованиях оно часто используется, и означает оно перенос или перемешивание. Этот конфликт сознания между противоположными ценностями или мотивами социопсихологи называют чудесным словом из физики – интерференцией.

Они различают два вида конфликтов, которые присутствуют в нашей жизни – это конфликт избегания и конфликт приближения. Конфликт избегания – это избегание двух явно нежелательных путей, которыми нужно пройти. Есть прекрасная русская пословица по этому поводу – «из двух зол выбирают меньшее». Конфликт избегания возникает тогда, когда и это не хочется делать, и то не хочется делать, но что-то нужно делать в любом случае.

Надо сказать, что конфликт избегания есть не только в социопсихологии, он есть и в политологии. Это одна из очень интересных политических форм, когда все время приходится выбирать между двумя, прямо скажем, неблагоприятными вариантами.

Конфликт приближения – это стремление к двум одинаково желаемым, но противоположным целям. И на этот счет есть русская пословица – «и капитал приобрести, и невинность соблюсти». Опять же, этот конфликт присутствует не только в каких-то бытовых моментах, он связан с нашей политикой, с политической жизнью и так далее.

И вот здесь возникает понятие «политический конфликт». Это так называемые конкурентные взаимодействия – борьба двух и более сторон с целью достижения своих собственных целей и интересов. Что это такое, и где он проявляется? Это, прежде всего, сфера государственной власти и сфера международных отношений, на этом поле проявляется политический конфликт.

Политический конфликт может проявляться внутри государства, на уровне внутренней политики, внутренних борений оппозиции, власти, борьбы внутри оппозиции и так далее. Сейчас мы все это видим на территории соседнего с нами государства. Сейчас Украина – это поле конфликтов. Это идеальный сюжет для изучения в учебных курсах, но, к сожалению, это поле конфликтов не учебный материал, это реальная жизнь, в которой гибнут люди.

Есть две линии отношения к конфликтам. Одна из них связана с Токвилем, Марксом, Зиммелем, Болдингом. Эти люди считали, что конфликт – это импульс, источник политики. Другая сторона – Дюркгейм, Вебер, в какой-то степени Дьюи, считали, что конфликт вторичен, главное – это система ценностей, которая как раз и регулирует вот эти отношения конфликтов, которые неизбежно возникают между отдельными группами и так далее.

Внешние политические конфликты могут быть открытыми и латентными, то есть скрытыми, но, тем не менее, не менее опасными, чем открытые. Они могут быть кратковременными, среднесрочными, долгосрочными. Любой, кто откроет учебник политологии, найдет эти довольно унылые классификации, описанные примитивно и достаточно схематически.

Можно ли вообще избавиться от конфликтов? С моей точки зрения нет, поскольку источником конфликтов являются различия статусов и ролей, ресурсов и сил. Конфликт интересов всегда присутствует в политической, особенно в международной политической жизни. Избавиться от него нельзя.

Когда говорят о биполярном мире, нужно иметь в виду, что это мир конфликтов двух полюсов власти или двух полюсов силы. Однополярный мир в этом отношении может быть даже менее конфликтен, поскольку конфликт абсолютно понятен. Всегда один доминирует над всем и силой утверждает свою правоту.

Можно ли регулировать каким-то образом конфликт? Здесь есть три варианта. Это тупик – просто тупик, неразрешимость конфликта. Я думаю, что пример тупиковой ситуации – отношения России с Западом, которые никогда не будут выведены на какую-то четкую линию смазанной конфликтной ситуации. Она всегда будет существовать.

Устранение конфликта может быть, только если мы перенесем его в совсем другую сферу, скажем, из сферы дипломатической в сферу военную, из сферы военной – в сферу экономическую и так далее. Разрешение конфликта – это идеальный случай устранения или исчерпания источника конфликта. Самое трудное и самое нужное, к чему нужно было бы стремиться – это исчерпать источник конфликта, но для этого нужно понять, в чем он заключается. Технология этого известна – это консенсус, любимое слово нашего лидера 20-летней давности Горбачева. Консенсус означает согласие сторон.

Второй способ разрешения конфликта – компромисс или система взаимных уступок. Политический компромисс – это взаимные уступки одной стороны другой. Можно ли считать, что этими двумя вещами исчерпывается конфликт? Нет. Есть еще третье, самое жуткое понятие – принуждение. «Принуждение к миру» – мы однажды слышали это выражение, когда речь шла о военных действиях на одной близкой к нам территорий.

Конфликт реально существует внутри нас самих, он существует в социальной жизни. Социальные конфликты – это одна из интереснейших сторон политической жизни страны. Социальные конфликты порождаются неравенством, явлениями социальной несправедливости и так далее.

Внутренние конфликты человека – это то, что им движет. Это конфликт между тем, чего человек хочет, и тем, что он должен сделать, между его возможностями и ограничением этих возможностей. Вот на этом балансе внутренних конфликтов и основано саморазвитие каждого человека. Конфликт интересов и одновременно нахождение компромисса, консенсуса – это путь к душевному здоровью, к понимаю того, что, на самом деле, ценно. Спасибо.

Степан Сулакшин: Спасибо, Владимир Николаевич. Конфликт – это вид социального взаимодействия субъектов, людей и их групп, имеющий форму противоречий, столкновений, борьбы, агрессии. Самая главная особенность – это то, что фактически вся человеческая жизнь есть конфликт, потому что человеческая жизнь есть взаимодействие отдельных людей и их групп.

Можно заглянуть немного назад в эволюционном пространстве и задать вопрос: а в биологическом мире, неодушевленном, неуразумленном, есть ли конфликты? Там есть столкновения хищник – жертва, пищевая цепочка, где каждый догоняет последующего и пытается его слопать.

Но мы говорим о конфликте, сужая содержание столкновений до человеческого пространства. Внежизненная природа – есть ли там конфликт? Солнечная жара и выпавший снег или зимний лед – одно уничтожает другое. Там тоже есть взаимодействия, когда одни сущности оказывают влияние таким образом, что могут видоизменять или даже уничтожать другие сущности.

Но наиболее обширное, значимое, повсеместно употребляемое содержание понятия «конфликт» относится все-таки к социальной природе, к человеческой жизни. Вся человеческая жизнь есть конфликт.

Почему? В чем природа этого постоянства? Она заключается в неидентичности субъектов взаимодействия. Всегда есть определенная разница в положении, бытии субъектов, и эта разница приводит к противоречиям. Что это за разница? Обладание различной неравной информацией, неравным интеллектуальным аппаратом оценки действительности, неравным логическим мышлением, неравными интересами, особенно в условиях ограниченности жизненно важных ресурсов. Неидентичность субъектов, их различия – это абсолютная данность, которая имеет место везде и всегда.

Конфликты бывают самого разного типа и в широком диапазоне, от перманентного мирного выравнивания различий до агрессии, борьбы, когда выравнивание этих различий может приводить даже к войне на уничтожение твоего визави, твоего субъекта по взаимодействию.

Классификаций конфликтов много. Это и вялотекущие, и острые, и взрывные, и управляемые, и инструментарные конфликты типа «раздели, столкни, а потом властвуй», и так далее. Конфликт – это, конечно же, социальная технология и позитивного, и негативного, разрушительного содержания. Конфликты рождаются, развиваются, существуют в разных фазах своей зрелости. Конфликты могут быть разрешены или сняты путем выравнивания позиций, доведения до равного понимания. Это, естественно, переговоры, обмен информацией, разъяснение позиций.

Конфликт может быть снят в случае подавления противоположной стороны вплоть до ее уничтожения. Конфликт может потерять свою актуальность, что происходит в так называемом выгорании конфликта – то ли субъекты стареют и отходят от былых противоречий, то ли они вообще исчезают, то ли так меняется жизнь, что становятся более актуальными другие обстоятельства в этом поле, в этой сфере человеческих взаимодействий.

Есть целый набор социальных, управленческих техник и технологий, которые человечество выработало из-за необходимости как-то обращаться с конфликтом – то ли его порождать и использовать как инструмент, то ли его снимать и предотвращать агрессию, столкновение, вражду, войны и ущербы.

Этих техник довольно много. Основные – привлечение третьей, третейской стороны. Это модераторы, переговорщики, посредники, это, между прочим, судьи в судах, где разбирается конфликт двух сторон – истца и ответчика. Второе – привлечение новых сторон, как бы размножение или, точнее, растворение, разбавление конфликта, мультипликация участников этого конфликта. Это помогает, хотя и не всегда.

Еще одна техника – привлечение третьей стороны уже не в виде судьи для оценочных предложений сторонам на их признание и согласие с этой оценкой, а привлечение силы, принуждения, о чем говорил Владимир Николаевич.

Очень важна еще одна специфическая стадия – постконфликтная стадия санации, когда опыт конфликта фиксируется в виде новых правил социального взаимодействия, предотвращающих зарождение в будущем конфликтов этого типа, санация, которая вылечивает раны, нанесенные этим конфликтом. Но самое важное, что новый опыт может предотвращать конфликты.

Есть такая стадия как победа, либо вялотекущая перманентная конфликтная ситуация, либо компромиссное снятие изначальных противоречий и столкновений. То есть мы видим, что конфликт живет в пространстве от естественно, органично присущего человеческой природе, до очень нежелательных острых форм, с которыми необходимо вести борьбу. Это понимание позволяет относиться к конфликту не как к неизбежности, фатальности, а в том числе как к инструменту, как к вещи, с которой человек разумный, человек нравственный всегда может справиться.

Напомню базовые точки, по которым конфликт может быть разрешен. Это выравнивание различий, прежде всего в информации, второе – в критериях для оценки, и третье – в оценке этой информации. Если у человека есть ум и есть нравственность, конфликт всегда разрешим, и в этом есть некий оптимизм. Спасибо.

В следующий раз мы, как бы притормозив на букве «К», будем обсуждать понятие «культура». Всего доброго. До новых встреч.


comments powered by HyperComments
492
1462
Индекс цитирования.
Яндекс.Метрика