Олигарх
Передача «Обретение смыслов»

Интернет-передача "Обретение смыслов"
Тема: "Олигарх"
Выпуск №130

Степан Сулакшин: Добрый день, друзья! Мы объявляли, что сегодня будем разыскивать смысл слова «олигарх». Слово это в широком русскоязычном обороте появилось не так давно, во второй половине 90-х годов, когда возникли новые параллельно живущие термины, например, «семибанкирщина». 

Слово «олигарх», с одной стороны, классическое, с другой стороны, оно востребовано актуальным современным политическим процессом и жизнью нашей страны, и этим оно интересно. Давайте посмотрим, какие смыслы оно в себе аккумулирует. Начинает Вардан Эрнестович Багдасарян. 

Вардан Багдасарян: В человеке есть два начала: начало биологическое, плотское, и начало духовное, идеальное. Соответственно, и вопрос о государстве в значительной степени связан с антропологической моделью. 

Можно выявить две полярные модели в соответствии с антропологическими типами. Один полюс – это полюс олигархии, другой – полюс идеократии. Олигархия может быть и при республике, и при монархии, и при любом другом режиме. Форма может меняться, но при всех формах главное – власть денег. Тезис о том, что кто имеет деньги, финансовый ресурс, тот и управляет, при этой системе доминирует. 

Идеократия тоже может быть при разных режимах: при монархии, при республике, она может иметь религиозный характер, она может иметь, как в коммунистическом обществе, характер некого идеала, и здесь главное – общественные идеалы. 

Итак, один полюс – это полюс, производный от человека биологического, где главное деньги, а фундамент этого биологическое плотское доминирование, и вторая модель – это модель человека, устремленного к некому идеалу. Соответствующим образом проецируется и общество. 

Если говорить об этих полюсах, то вопрос об олигархии – это не только вопрос о каких-то отдельных фигурантах этого процесса, но это глобальный вызов, который можно предъявить по отношению ко всему человечеству. 

Сегодня зачастую под словом «олигарх» понимается все, что угодно, и, как правило, нечто нехорошее. Но олигарх – это человек, который имеет власть за счет денег, и здесь нужно понимать принципиальное отличие олигарха от человека, имеющего деньги через власть. Это тоже деструктивный феномен, но он несколько иной. 

Я полагаю, что нужно отличать две модели внутри одной системы. Когда олигарх назначает чиновника – это одна модель, и когда чиновник назначает олигарха – модель другая. Сущностно, функционально для общества и народа это совпадает, но механизмы этой системы выстраиваются по-разному, и это нужно понимать. 

Мне представляется, что в этих формулах – олигарх назначает чиновника, либо чиновник назначает олигарха, заключается отличие российской и украинской модели сегодняшнего государства, правда, относительно этого моего заключения коллеги могут со мной поспорить. В первом случае чиновник, представитель силовых структур, назначает, кто будет олигархом, в другом случае олигарх диктует, как будет кооптироваться чиновничья когорта. 

Система олигархата, то есть власть людей, которые имеют деньги, сложилась не сегодня. Классический пример олигархата в древности – это Карфаген, когда олигархи, сосредоточившие значительный капитал за счет торговли, по сути дела, определяли, диктовали политические моменты в жизни общества, хоть об олигархате чаще говорят, когда рассматривают античный Рим.

В средние века подобный феномен был представлен в Венеции, где группа людей, имеющих значительные финансовые ресурсы, определяла политическую оболочку государства. В новое время говорят об олигархате, когда рассматривается внутренний конфликт этого времени. Появляется когорта людей, имеющих большие деньги, но не имеющих власти, а власть сосредоточена в руках дворянства, не имеющего денег, сопоставимых с тем, что имеет буржуазия. 

Здесь проблема заключалась в том, что буржуазия, имеющая большие деньги, стала рваться к власти. Этот процесс растянулся на несколько столетий, до тех пор, пока в начале XX века представители монархических семей не стали вступать в династические браки с представителями семей буржуазных, и эта инверсия состоялась. 

Несмотря на близость терминов «олигархия» и «олигархи», они имеют отличия. Достаточно известны олигархические структуры Ротшильдов, но в списке самых богатых людей планеты журнала Forbes нет ни одного Ротшильда, хоть семейство Ротшильдов занимает ведущие позиции в финансовом мире, причем это власть не единиц, а клана. 

По-видимому, принцип ограничения власти одного властью клана тоже специфичен, и здесь тоже есть определенные различия. Ротшильдовское влияние олигархатом назвать нельзя, и нельзя назвать олигархией власть единиц, контролирующих политические вопросы. 

Особый тип олигархов сложился на постсоветском пространстве в результате приватизации народного достояния. Этот тип олигархов отличается особой циничностью, особым пренебрежением к каким-то моральным нормам. 

Если же мы говорим об олигархате применительно к Европе, там сложилась даже некая определенная этика буржуазного класса. Быстрое производство нуворишей, криминальный характер возникновения олигархата определили особый нравственный ментальный тип этого явления. 

Необходимо сказать о том, что еще с времен античности задавались вопросом, как возникает олигархия, и многие мыслители, начиная от Платона, говорили о некоем законе вырождения системы. Платон предлагал следующую развертку: монархия вырождается в тиранию, полития вырождается в демократию, аристократия как власть немногих на основе некого превосходства вырождается в олигархию как власть за счет денег. 

Платон говорил, что в обществе равных появляется тимократия – власть на основе ценза, затем эта тенденция усиливается олигархией. Реакцией на олигархию является восстание толпы – охлократия, и тогда приходит тиран, который наносит удар по наиболее одиозным фигурам олигархата, и сам, по сути дела, становится единственным олигархом. 

Обратите внимание на эту платоновскую развертку. Вам ничего это не напоминает? В начале ХХ века, в 1911 году, Роберт Михельс сформулировал так называемый «железный закон олигархии». Согласно теории Михельса, любая форма социальной организации устремлена в соответствии с логикой своего развития к олигархии. Чем больше организация, тем сильнее в ней позиция олигархии. 

Михельс пришел к выводу, что это неизбежно. Выдвигаются руководители этой системы, единицы, которые управляют другими, и, так или иначе, эта тенденция с его точки зрения предопределена. Поэтому Михельс в свое время поддержал Муссолини. 

В современном мире со словом «олигархи» ассоциируются дворцы, коттеджи, яхты, и здесь можно говорить об определенной нравственной деградации, ведь элита должна представлять собой образец для подражания. 

На уровне миллионов или миллиардов долларов потребление, по сути дела, однотипно. Если следовать этой логике потребления, то дальше начинаются покупки экзотических животных, дворцов и коттеджей, и эта олигархия, номинируемая как власть лучших, в итоге предъявляет некий антинравственный идеал человека. 

Сегодня можно говорить об олигархах не только применительно к отдельным странам, например, к России или Украине, можно говорить о глобальной олигархии. Никто ведь не возразил Нику Рокфеллеру, когда на вопрос Аарона Руссо, что же будет дальше, после того как в его руках сосредоточились огромные ресурсы, он ответил словами: «Наша цель – чипизация человечества». 

По-видимому, модель олигархата, которая вначале приобретала национальные масштабы, сегодня имеет всемирный характер. Действительно, глобальный олигархат – это вызов всему человечеству. Он стремится установить систему глобального антропологического неравенства, и не реагировать на это было бы для человечества принципиальной ошибкой. 

Степан Сулакшин: Спасибо, Вардан Эрнестович. Владимир Николаевич Лексин.

Владимир Лексин: Обретение смысла понятия «олигарх» в России последних 20 лет может показаться необязательным, потому что это понятие стало, я бы сказал, физиологически ощутимым и на уровне тех, кто смотрит телевизор, и на уровне тех, кто постоянно читает блоги, и на уровне людей, которые обсуждают свои житейские проблемы в электричках, в метро и так далее. 

Чем же интересно это понятие? Ну, олигарх – он и есть олигарх. Это слово стало одновременно бранным, и, как это ни странно, приобрело некий уважительный оттенок. Происходит это слово от греческого «oligos», то есть «малочисленный», «небольшой». 

Этот корень породил еще два слова – «олигархия» как малая группа во власти и «олигофрения», то есть врожденное или приобретенное в младенчестве недоразвитие психической деятельности человека, которое ведет к его антисоциальным поступкам. 

Очень любопытный момент, что один и тот же корень породил и слово, обозначающее небольшую группу людей во власти, «олигархию», и жуткое психическое заболевание, причем приобретенное при самом зарождении какого-либо явления. 

Наверное, можно распространить эти два понятия на нашу экономику, говоря о том, что она одновременно и олигархическая, и олигофреническая. То есть она и психически не очень нормальная, потому что ведет к разного рода социальным неустройствам и внутренним перекосам, и одновременно она базируется на том, что называется тотальной олигархией. 

Что же есть сейчас? Слово «олигархический» стало одним из самых распространенных слов политологического лексикона. Когда говорят «современный олигархический капитализм», имеется в виду, что власть находится в руках небольшой группы не просто богатых людей, а людей, которые сосредоточили богатство страны в своих руках, и здесь очень большая разница. 

Что же такое «современная финансовая олигархия»? Это группа лиц, которая держит в подчинении практически все остальные структуры общества. Как правило, это несколько крупнейших банков или те, кто стоит за этими банками. Сейчас в качестве финансовых олигархов рассматривают валютные фонды, всемирные банки и тому подобные структуры, и это финансовая олигархия в чистом виде. 

В настоящее время политологи насчитывают около 150 разных олигархических политических режимов, но все они отличаются практически только названием, распределяясь на несколько небольших групп.  

Одна из самых мощных и явных во всех без исключения странах группа, и в России, и в Соединенных Штатах, и в Йемене, и в Израиле и так далее, это олигархические политические режимы, то есть политические режимы, в которых существуют все признаки олигархического капитализма, финансовой олигархии, и присутствует олигархия как таковая. 

То есть, каким бы демократическим сейчас ни представлялось государство, как бы ни были в нем развиты институты местного самоуправления, всякие выборные органы и так далее, олигархические структуры все равно вылезают наружу, потому что скрыть их невозможно. 

Так вот, сейчас весь мир – это мир разного рода олигархических устройств, что особенно неприятно для нас самих, потому что современная Россия – это страна олигархата и всех олигархических проявлений, несмотря на то, что в свое время наш президент заявил о том, что у нас олигархи равноудалены от власти, то есть удалены от власти в одинаковой степени. 

В свое время еще Аристотель сказал, что власть не должна вести к богатству, а богатство не должно вести к власти, на самом деле это опровергается самой жизнью. Вардан Эрнестович говорил, что олигархия – это вырождение аристократии, вырождение нормальной власти. 

Уже давным-давно власть везде ведет к богатству, а богатство почти везде ведет к власти. Здесь все дело в формах, в легитимности этого дурацкого процесса. Его очень хорошо определил, по-моему, в 1996-м или 1997-м году один из умнейших людей России, бывший во власти, не так давно отошедший в мир иной Борис Березовский. Он заявил: «Власть – это наемный менеджер капитала». Это реальная формула олигархии. Я бы добавил, что сейчас мы имеем дело с тем, что называется тотальной олигархической системой. 

Около месяца назад я беседовал с одним из своих провинциальных знакомых, что называется, из самой глубинки, и он, говоря о нашем общем знакомом, называл его местным олигархом. То есть сейчас олигархи появились на каждом уровне. В деревне говорят: «У нас есть свой олигарх». На уровне муниципального района говорят: «У нас есть пару олигархов, они всем здесь заправляют», - имея в виду олигархов на уровне региональных органов власти. Говорят о всем известных олигархах уже и на уровне страны. 

Так вот, эта тотальная олигархическая система, наверное, самая опасная и в то же время самая показательная. В небольшом сибирском селе человек говорит: «Это наш местный олигарх», имея в виду человека, который формально не вошел в органы власти, но от которого зависит практически все. 

Структура преступного олигархата была явлена нам в кущевских делах, когда семья Цапко, имея очень большие финансовые и другие ресурсы, стала неформальной властью на небольшой территории. Это очень опасная тенденция – тотальное распространение модели олигархата практически на всех уровнях. 

И мне кажется, что когда мы используем это слово или пытаемся понять его суть, мы должны всегда помнить тот первичный смысл, который мы пытаемся вложить в него с самого начала, когда хотим определить его смысл. Так вот, это на каждом уровне та небольшая группа людей, которые, сосредоточив каким-то образом в своих руках ресурсы, определяют действия власти. Спасибо. 

Степан Сулакшин: Спасибо, Владимир Николаевич. Понятие «олигархия» широко известно, и оно используется в научном и публицистическом обороте. Под олигархией понимается власть немногих или такое устройство власти, такой политический режим, при котором власть сосредоточена в руках группы граждан и обслуживает их личные групповые интересы, а не интересы всех граждан. 

Эта группа граждан отличается от других, она обладает капиталом, она сосредоточила деньги в своей личной частной собственности. Олигарх как член олигархии и олигархат имеют два признака. Первый – наличие немалых денег в собственном распоряжении, второй – обладание властью. Вообще это напоминает классический облик капитализма, который представляет собой уклад жизни общества и государства, где определяющим началом во всех делах являются деньги. 

Капитализм – это власть денег, о чем уже говорили коллеги, то есть власть не высоких очеловечивающих начал, ценностей – праведности, правды, нравственности, а власть денег. Фактически это слепок биологического устройства сообщества живых организмов. В биологии это власть силы, когда можно в пищевой цепочке съесть того, кто ниже, рискуя при этом быть съеденным тем, кто выше. 

Аналог этой силы в олигархическом, капиталистическом жизнеустройстве – это, конечно же, деньги. Поэтому, раз уж мы объявили термин не «олигархия», а «олигарх», определение я бы дал такое: Олигарх – это богатая персона в высшей власти, которая, независимо от способа попадания во власть – выборы, назначение, коррупционное получение должности, квазисословное наследование должности – преследует узкие личные или групповые интересы, оставляя всеобщие интересы общества и государства на втором плане. 

Совершенно понятно, насколько это несправедливо и неустойчиво. Здесь возникает надобность спроецировать это на нашу жизнь. В замечательной песне 30-х годов есть слова: «Широка страна моя родная, много в ней лесов, полей и рек. Я другой такой страны не знаю, где так вольно дышит человек». В этой же песне есть менее запоминающийся куплет: «От Москвы до самых до окраин, с южных гор до северных морей человек проходит как хозяин необъятной Родины своей», - вот такие провидческие слова.

Кто же этот хозяин необъятной нашей Родины, который по ней проходит? Заместитель главы Счетной палаты Российской Федерации, совершенно официальное лицо, представил цифру: 0,2% российских семей сегодня контролируют 70% национального богатства. Вот это бесконечно малое количество людей в прямом смысле стали хозяевами нашей Родины. 

Если они хозяева, то кто же тогда 99,8% населения страны относительно этой самой своей Родины? Они могли бы быть, например, заказчиками этих хозяев, как говорится, могли бы нанять их в общественном договоре, избрать на выборах, но ведь мы знаем, как проходят выборы в России. 

Выборы в России – это та же безоглядная власть денег. Конституция задает эту формулу в самом начале: права и свободы – это высшая ценность, ценность превыше всего. При дефиците социальных регуляций, прогрессии в доходах, в рентабельностях это мгновенно приводит к той самой формуле – к власти денег. Как сказал Медведев: «Бедный не может быть свободным». 

Я опять задаю вопрос: Кем в этой схеме являются 99,8% населения страны? Гастарбайтерами, наемными работниками второго сорта, рабами – кем? То есть этот вызов и смысловая провокация означают, что есть крайне неустойчивая общественно-политическая государственная конструкция, которая в истории уже приводила к потрясениям, революциям и попыткам навести здесь больший норматив справедливости, праведности и достоинства для всех, а не только для обладателей денег. 

Совершенно понятно, что, направляясь от биологической предыстории к очеловеченной футурологии, мы имеем право сказать, что у олигархов, у олигархии как политического и административного устройства государства, будущего нет. То есть, актуализируя тему, можно сказать, что у нынешнего облика России, у ее действующей Конституции будущего нет.

Страна нуждается в ином облике, в ином устройстве, в иных принципах, механизмах и гарантиях формирования власти, которые реализуют не узкие личные или групповые интересы, а интересы общества, государства, большинства населения страны, законные интересы всех групп населения страны. 

Поэтому здесь трудно не согласиться с тем, что олигарх – это богатый человек во власти, который преследует свои интересы, но и никакой двусмысленности, размытости в этом понятии тоже нет. Понятие четко, определенно означает неприемлемое явление в жизни, в том числе и в жизни нашей страны. 

Вот такая актуальная получилась сегодня разборка смыслов. Спасибо за внимание. В следующий раз предлагается к разбору термин «двойные стандарты». Этот термин, конечно же, из политического словаря, вот и поговорим о нем. Спасибо. Всего доброго! 

comments powered by HyperComments
3787
12747
Индекс цитирования.
Яндекс.Метрика