Пассионарность
Передача «Обретение смыслов»

Интернет-передача "Обретение смыслов"
Тема: «Пассионарность»
Выпуск №137

Степан Сулакшин: Добрый день, друзья! Сегодня мы работаем с термином «пассионарность». Этот термин достаточно известен, он воспринимается как-то интуитивно, тем не менее, есть ответственные детали в смыслонагружении этого термина, в его использовании. Попробуем с этим разобраться. Начинает Вардан Эрнестович Багдасарян.

Вардан Багдасарян: В политике есть очень важная задача, которую можно определить как управление психической энергией масс. Есть необходимость в укреплении ценностей, есть необходимость дать и народу, и государственно-управленческому аппарату смыслы, есть необходимость в развитии профессионализма управленческих кадров.

Но есть, скажем, патриотическая ценностная платформа, есть профессиональность управленческих кадров, а великих свершений нет, чего-то не хватает. Зачастую бывает, что не хватает именно этой психической энергии. Для нее в свое время было найдено достаточно емкое и подходящее слово, достаточно емкая категория – «пассионарность».

Естественно, генезис этого понятия был связан с трудами Льва Гумилева. В свое время он вспоминал, как появился термин «пассионарность», что идея этой категории родилась у него, когда он находился в лагере.

Но можно реконструировать этот контекст, его появление, ведь значительное влияние на общественные умы оказала борьба в Испании. 1936-1939 годы, столкновение фашизма и идеи республиканизма, интернациональные бригады. Среди лидеров испанского сопротивления фашизации была фигура Долорес Ибаррури.

Ее звали Пассионария, то есть «пламенная». По-видимому, этот контекст и определил обращение Гумилева к понятиям «пламенный», «люди пламени», «пламенные люди». Это и задало понимание этой категории.

Гумилев приводил многочисленные примеры проявления пассионарности, скажем, завоевание гуннами Китая. На одного гунна тогда приходилось 300 китайцев. Китайская Империя была достаточно экономически мощной, она была вооружена передовыми для того времени технологическими новшествами, тем не менее, гунны завоевывают Китай.

Объяснение Гумилева этому такое: гунны оказались более пассионарными, более пламенными людьми, чем были в тот период времени китайцы. Гумилев создал под это соответствующее объяснение, соответствующую теорию.

Он задавался вопросом – по-видимому, не только в человеческом сообществе есть проявление этой энергии? Он рассуждал, почему, скажем, муравьи идут в атаку, или саранча переселяется с одного континента на другой. По его мнению, есть некий биологический импульс, который идет из космоса. Есть некий пассионарный толчок, и он преломляется в то, что соответствующий социум приобретает этот энергетический заряд.

Гумилев приводил различные исторические шкалы. Он рассчитал, что время растраты этой психической энергии составляет приблизительно 1200-1500 лет. Первоначально у этноса достаточно много пассионариев, возникает пассионарный переизбыток, и этнос стремится к внешней экспансии, идет в завоевательные походы. Этим этносом двигают пассионарии.

Затем пассионарная энергия растрачивается, число пассионариев уменьшается, в том числе в войнах, и происходит переход к следующей, гармоничной стадии в развитии, когда этнос переходит к искусствам, культуре, творчеству. Пассионариев тоже достаточно, но их энергия тратится в основном на эти направления деятельности. 

Количество пассионариев уменьшается еще больше, оно минимизируется, их остается совсем немного, и этнос начинает деградировать. Его начинают интересовать материальные ценности, и для этого периода характерен эгоизм. Гумилев определял это как состояние обскурации, потери психической энергии, максимальной потери пассионарности.

Можно проследить исторические ряды такого рода, как это делал Гумилев. Классический пример, которому он также уделял много внимания, история Рима. Первый этап в истории Рима – Рим стремится к экспансии. Фактически один город подчиняет себе огромное пространство от Испании до Ирака. Здесь движущим фактором являлась пассионарная энергия римских легионеров.

Дальше, в эпоху Августа, Рим переходит преимущественно к стадии развития искусства и культуры – это гармоничная стадия. Но еще дальше происходит ставший хрестоматийным признаком Римской Империи упадок. Происходит разложение, вырождение элит. Девиз этого времени – «хлеба и зрелищ». В общем, все это определяло состояние обскурации.

Таким образом, Гумилев построил такого рода объяснительную модель. Действительно, вклад Гумилева в развитие общественных наук несомненен, хотя в советское время попытки этого нового объяснительного подхода принципиально не принимались. Происходило давление на Гумилева, даже его травля на уровне Академии Наук, но он внес свою лепту в развитие общественной мысли.

Признавая заслуги Гумилева в этом отношении, следует сделать некоторые поправки. Прежде всего, эти поправки связаны с ответом на вопрос: насколько детерминирована утрата вот этой психической энергии? Можно ли изменить определенный Гумилевым тренд растраты этой психической энергии? И если мы проследим историю, построив различные исторические ряды, то выявляется, что этой психической энергией можно и нужно управлять.

Каким же образом можно управлять психической энергией? Через воздействие на сознание, воспитание пассионариев, соответствующее образование, представление неких идеалов. В общем, это достаточно сложный технологический процесс, достаточно сложная политика.

Но тезис заключается в том, что психическая энергия не растрачивается детерминированным образом, как это представлялось по гумилевской версии, а может находиться в сфере управления, хотя это управление достаточно сложное и технологически, и в стратегическом плане.

Как этим можно управлять, показывает опыт современных революций. Вот существует некое затишье в обществе, и вдруг революционный взрыв. Потом обнаруживается, что эта революционная энергетика формировалась целевым образом, что некие кукловоды дергали за определенные ниточки, влияли на подсознание, на представления об идентичности, идеалы.

И вот взрыв, и обнаруживается большое количество пассионариев, которые штурмуют государственные правительственные институты. Значит, управлять психической энергией возможно, но возможно как в одну сторону, так и в другую – возможно поднимать пассионарную энергию, а возможно эту пассионарную энергию тушить и опускать.

Возникает вопрос – как и куда направлять эту пассионарную энергию, ведь она может быть направлена и на разрушение, и на созидание. Если государство не умеет управлять этой пассионарной энергией, и не указан идеал, не указано направление пути, государство не ведет на великие свершения, то пассионарии, скорее всего, ударят по этому государству, и их психическая энергетика будет иметь деструктивные для общества последствия.

Но если государство умеет управлять, если оно задает программу великих исторических свершений, то энергетика многочисленных пассионариев складывается в единую политическую линию, в общую энергию масс, и тогда происходят великие свершения, исторический прорыв социума.

Очень много иллюстративного материала здесь дает российская, русская история, в ней можно наблюдать всплески этих пассионарных подъемов и упадков. Об этом рассуждали и говорили достаточно много. Об этом писал Федотов, находясь в эмиграции.

Русский крестьянин пребывает под ярмом в крепостном праве. Казалось бы, ну, какой здесь подъем пассионарной энергии? И вдруг русский бунт, как писал Пушкин, бессмысленный и беспощадный, крушит все на своем пути. Проходит некоторый период времени, и вновь крестьянин, прежний бунтовщик, возвращается под свое ярмо.

Посмотрим историю XX столетия. Брежневские годы, казалось бы, застой. Пассионарии принципиально вытравливались, пассионарное напряжение было минимальным. И вдруг в 80-е годы возникает всеобщее желание перемен, начинается крушение этой социальной системы во вред самому же социуму, но в тот момент не было представлено никаких исторических идеалов, и государство рушится.

Сейчас, по сути дела, наблюдается некий новый «брежневизм». Пассионарная энергетика придавлена, элита формируется совершенно другим образом, не за счет пассионариев. На этот период для бюрократии требуются совершенно другие качества, но это не значит, что это будет продолжаться бесконечно долго.

По логике этих циклов – подъемов и упадков пассионарной энергии, можно ожидать новый пассионарный толчок. Симптомы этого пассионарного толчка уже просматриваются. И если власть не будет готова к этому толчку, если она не задаст соответствующие идеологические ориентиры, не покажет, в чем будут состоять великие свершения, эта пассионарная энергия ударит по власти, и тогда Россию будут ожидать  большие социальные потрясения.

Степан Сулакшин: Спасибо, Вардан Эрнестович. Рассуждения о смысле термина «пассионарность» в значительной степени будут резонировать, но, тем не менее. В сегодняшних широко распространенных словарях, действительно, апелляция идет к Гумилеву – родоначальнику термина, но он не углубился в физическую природу своих предположений и догадок.

А догадки таковы, и об этом говорил Вардан Эрнестович, что активность народов, свершения, как созидательные, так и разрушительные, происходят в какие-то определенные моменты времени. Гумилев их обнаружил, когда изучал историю переселения и государствостроительства кочевых тюркоязычных народов.

Он предположил, что на такую психологическую активность, повышенную энергетику в деятельности личностей, лидеров, части общества и в целом обществ и народов влияют некие внешние физические обстоятельства.

Он пишет о некой биохимической энергии живого вещества, которая по какой-то причине в какие-то особые периоды вдруг начинает нарастать. Но тут, как мне кажется, много фигур речи, потому что данные о некой биохимической энергии в истории неких народов попросту отсутствуют.

Да и что это такое – биохимическая энергия? Это что, запасы жира, которые расщепляются в соответствующих реакциях и порождают ту энергию, ту силу, которая приводится в действие мышцами? Конечно же, нет. Поэтому здесь много довольно малоответственного словесного блуждания. Ровно столько же, что и в попытке приписать связь пассионарных толчков (терминология Гумилева) к вариациям солнечной активности.

Давайте попробуем сделать это прямо сейчас. Известны циклы солнечной активности. Их периодичность постоянная – 11 лет. Но возьмем явный пассионарный толчок в истории нашей страны – 1991 год. Революция, развал Советского Союза под пафосом преобразований, больших надежд, открытие новых видов государства и общества, реформы. Время для нас достаточно близкое и понятное.

Отсчитываем 11 лет назад – 1980 год. Что же там было такого пассионарного? Затхлая атмосфера, блокада Олимпиады, вторжение в Афганистан, последние годы Брежнева. Какая же там пассионарность?

Отсчитаем от 1991 года 11 лет вперед – 2002 год. Какая здесь пассионарность, какой подъем? Кроме цен на нефть нет никакого подъема, наоборот, происходит деградация страны.

2002 год плюс 11 лет – 2013 год. Какая здесь пассионарность? Наши уважаемые коллеги по цеху Пантин и Лапкин попытались привязать социально-политические события к циклам Кондратьева. Им показалось, что здесь есть синхронизм.

Но мы взяли весь статистический набор переворотов, революций, ярких событий, сгладили его методами статистики, приложили к цикличности Кондратьева и не увидели никакой корреляции. И говорить о том, что первотолчок вызван космическим излучением… Ну, да, но давайте выскажем хотя бы какие-то разумные предположения.

Космическое излучение – это жесткое ионизирующее излучение. Вот человеческий организм пронизывают эти быстро движущиеся частицы либо гамма-кванты, как от взорвавшегося Чернобыля. Они нарушают деятельность клеток, возникает лучевая болезнь, и человек даже может умереть.

С какой стати это разрушающее воздействие повышенной интенсивности вызовет что-то позитивное в психике и поведении человека? Поэтому эти предположения не более чем предположения, и всерьез их воспринимать нельзя.

Если же говорить об этом серьезно, то человеческая активность, как индивидуальная, так и коллективная, на уровне общества, народа действительно бывает повышенной или, наоборот, пониженной. Второе состояние называют фрустрацией.

Вардан Эрнестович совершенно справедливо говорит о том, что эти состояния не требуют объяснений извне. Они объясняются изнутри человеческого социума, из тех информационных, пропагандистских, мотивационных и манипуляционных информационных пространств, которыми все более активно пользуются те, кто пытается управлять поведением социума или организацией этого поведения в странах – геополитических противниках.

Они пытаются организовать оранжевые революции, или, наоборот, заморозить поведение населения, вогнать его в спячку, чтобы оно никоим образом не вмешивалось в действия, например, хунты, захватившей власть, или узурпаторов, которые во власти поселились и не собираются из нее исходить.

Поэтому это, скорее всего, человеческое, гуманитарное, социальное свойство. И что происходило в глубокой древности, в этом пространстве, изучено мало, потому что материальные, письменные свидетельства об этом подробно нам не сообщают.

Тем не менее, очень важно термин обозначить смыслом, потому что он применяется достаточно широко, и неважно, в вольном или точном плане. Собирая всю совокупность его смысловых проявлений, мне кажется, определение достаточно просто и прозрачно.

Пассионарность – это повышенная активность и стремление к свершениям, как личности, так и народа. Причем доказательством того, что это манипулятивная вещь и вещь социальная, является наша история, наша страна.

Смотрите, никаких особых изменений в физической среде нашей страны за полвека не происходило, но при этом в 30-е годы, благодаря массовой пропаганде и идеологии, страна добилась такого подъема, таких темпов развития, каких мир еще не видел, и не видели мы в своей истории. И это, несмотря на то, что были и репрессии, и бессудность, и подспудный страх, и угнетение духа. Дух советского народа был направлен на созидание, строительство, поднятие страны.

Вот началась война. Фашисты дошли до Москвы, 60% промышленного потенциала попало в оккупированную зону, но мы войну выиграли. Если бы не этот подъем духа, не песня Александрова «Вставай, страна огромная», не Ленинградская симфонии Шостаковича, не литература, не слова руководителей, уверенных в победе, конечно, ничего бы не произошло. Дух победы созидался именно этим.

Послевоенное восстановление. В разрухе лежало полстраны, но страна рванула так, что стала второй в мире. И вот последний период,  25-летие либерализма – отказ от идеологии, высоких смыслов и целей, упадок, вымирание, повальная деградация, замораживание общества и духа. Что ценно, что неценно – неизвестно.

Идеология запрещена. Какие цели развития страны, куда она идет –  неизвестно. Властвуют лживость, фарисейство, расслоение, социальный расизм и униженность большинства населения. Ну, понятно, что были подъемы, а теперь спад, но объяснить это космическим излучением не получается. Это очень очевидно и прозрачно объясняется внутренними политико-психологическими, манипулятивными, информационными воздействиями на население.

По статистике таких флуктуационных неоднородностей рождающегося населения есть предположение, что всегда рождается кто-то с отклонениями в сторону лидерских качеств – неугомонности, неуемности, желания рисковать, менять действительность, что-то изобретать. И вот эта когорта как затравочный генератор в подходящих условиях, когда возникают информационные, общественные резонансы, запускает процесс такого пассионарного возрастания, активности и энергетики общества.

С другой стороны, этих лидеров можно игнорировать, гнобить. И что в таком случае получится? Получится Советский Союз брежневского образца, который настолько загнобил и снизил свою пассионарность, что полностью развалился.

Сегодня это совершенно очевидное состояние, это уже не «брежневизм» – это «путинизм». Лидеров выжигают, идеи уничтожают, консерватизм торжествует, замораживая оценочную, планирующую часть, часть мечты населения, общества, стремление к переменам. Никаких перемен нет.

Я, конечно, поддерживаю Вардана Эрнестовича в том, что очевидно вот такое волнообразное движение в пространстве и пассионарности любого общества, и нашего в том числе. От взлета мы перешли к падению, а после падения обязательно будет взлет. Но развилка будет вновь: взлет на свершения разрушительные, самоедские, или взлет на движение, созидающую активность.

Поэтому еще раз, с чего я начал, пассионарность – это готовность и стремление личности, народа к свершениям. Если мы будем употреблять этот термин в таком плане, то, мне кажется, мы будем передавать какие-то смысловые конструкции друг другу достаточно однозначно и ответственно.

Спасибо. В следующий раз мы рассмотрим термин, который особенно интересен для нашей страны, который исторически ответственен и весьма актуален по нашей действительности, это «автократия».

Всего доброго. С наступающим праздником! 

comments powered by HyperComments
6895
23333
Индекс цитирования.
Яндекс.Метрика