Референдум
Передача «Обретение смыслов»

Цикл передач "Обретение смыслов".
Выпуск №113.

Степан Сулакшин: Добрый день, друзья! На сегодняшнее разбирательство объявлен термин «референдум». Это слово в политическом и гражданском словаре классическое, актуальное, потому что референдумы проводились на соседней Украине, и они участвуют в очень напряженном, даже кровопролитном политическом процессе и конфликте. Поэтому мы начинаем разговор о том, что такое референдум, зачем он нужен, каковы формы его воплощения в жизнь, бытие, какие противоречия существуют, как референдум присутствует сегодня в нашей актуальной российской повестке. Начинает Вардан Эрнестович Багдасарян.

Вардан Багдасарян:Идея проведения референдумов возникла из сбоев и утопичности принципа демократии. Монтескье в свое время говорил, что демократия возможна только на малых территориях, когда весь народ может участвовать в управлении. Но возникла идея ступенчатой, представительной демократии. Она основывалась на том, что будут выбраны некие представляющие народ фигуры, и через это представительство народ будет осуществлять свою власть.

Однако здесь возникает некоторый сбой. В свое время Бакунин, когда выдвигал свою проекцию анархии в противовес государству, говорил о том, что, может быть, это и были бывшие представители народа, но, сделавшись чиновниками, у них появился свой чиновничий интерес. Интересы возникшей таким образом элиты и интересы народа начали расходиться. И вот тут возник феномен референдума.

Была выстроена некая элитаристская лестница, и пусть она номинально служит и выражает идеи демократии, но далеко не всегда она действительно демократична.

И вот возникает идея обратиться непосредственно к народу, услышать его мнение, чтобы определить, не отличаются ли взгляды народа и народное мнение от взглядов этих элит. Считается, что референдумы возникли в Швейцарии в XV веке, но некоторые утверждают, что они появились еще в XIII веке. Подсчитано, что с середины XIX века в Швейцарии проведено около 250 референдумов, то есть это такая достаточно устойчивая форма.

Известно огромное количество референдумов в американской истории, результаты их внесены в законодательство различных американских штатов. Считается, что не в последнюю очередь референдумы связаны с идеей о суверенности народа. То, что народ суверенен, оппонировало идее божественного суверенитета и волеизъявлению народа, но именно прямое волеизъявление в референдуме как раз и выражается.

Есть позитивный опыт проведения референдумов. Прежде всего, можно привести примеры, связанные с национально-освободительным движением и с национально-освободительной борьбой. В свое время Ленин ссылался на достаточно удачный норвежский опыт. Норвегия в 1905 году вышла из унии со Швецией и получила государственный суверенитет именно посредством референдума, и Ленин отмечал, что в эпоху империализма норвежский сценарий обретения суверенитета был исключительным случаем, когда это было достигнуто посредством референдума фактически без крови, без насилия.

Но был и негативный опыт, и об этом тоже нужно говорить, который часто дезавуировал саму идею референдумов. Например, Наполеон получил через референдум пожизненное консульство. Это, по сути дела, демократическая процедура, но народ проголосовал за то, чтобы никакой демократии в дальнейшем не было. Наполеон получил пожизненное консульство, и Великая французская революция на этом закончилась.

То есть через референдум перечеркивалась сама идея свободы, равенства, братства. Казалось бы, через референдум народ должен был голосовать за эти свободы, но на них был поставлен крест.

Наполеону III референдум предоставил право формировать Конституцию по своему усмотрению. Народ голосовал не за Конституцию, а за право Наполеона III самому, по своему усмотрению, эту Конституцию составить. Мы говорим о феномене империи Наполеона III, о других подобных автократических режимах, и там референдумы проводились довольно часто. Казалось бы, режим автократический, но он сочетался с апелляцией к волеизъявлению народа.

Особенно любил проводить референдумы Гитлер, и здесь была целая череда референдумов. В 1933 году проводился референдум по поводу выхода Германии из Лиги наций. В 1934 году – референдум по объединению постов президента и канцлера, когда после этого Гитлер фактически стал обладателем всей полноты власти.

В 1935 году был проведен референдум по поводу возвращения Германии некогда германской территории Саарского бассейна, которая по Версальскому договору отторгалась от Германии на 15 лет, и управление ею передавалось Лиге Наций. В 1936 году проведен референдум по вводу немецких войск на территорию Рейнской области. В 1938 году – референдум по аншлюсу Австрии и Германии. Он был проведен и в Австрии, и в Германии, и проголосовавших «за» и в том, и в другом государстве было порядка 99%.

А дальше была Вторая мировая война, и в этом случае референдум, хоть он и был волеизъявлением народа, вел в направлении катастрофы. То есть референдум – это такая палка о двух концах. Он может привести к разным последствиям, и само по себе это действие не является панацеей.

Можно вспомнить позднесоветский и раннероссийский опыт проведения референдумов. В 1991 году был проведен референдум за сохранение СССР. Тогда проголосовало подавляющее большинство за то, что СССР должен быть сохранен. И что же дальше? А дальше, вопреки волеизъявлению народа, Советский Союз упраздняется. Уже летом того же 1991 года на референдуме народ в большинстве голосует за суверенитет Украины. Таким образом, референдумы могут быть использованы даже в качестве манипулятивного средства.

Был еще референдум 1993 года, когда назревал конфликт власти президента и парламента, и на референдум был вынесен вопрос по разрешению этого конфликта. Но что получилось? По сути дела, большинство проголосовало за доверие Ельцину, и на этом основании произошел роспуск парламента. Но разница в процентах фактически показала существующий на тот момент раскол общества, и референдум в той ситуации не стал основанием для выхода из сложившейся ситуации. Анализируя опыт референдумов, можно обнаружить разные мотивы в их проведении.

Большинство Конституций – основных законов государств – в различных странах принимаются на основании референдумов. Но здесь нужно иметь в виду, что на референдум, как правило, выдвигается одна Конституция, и во всех случаях народ голосует именно за эту предлагаемую Конституцию. Случаев, когда народ отверг бы предлагаемую Конституцию, не было.

Народ ведь не рассматривает отдельные статьи, и здесь нужно иметь в виду, что в большей степени это своеобразная сакрализованная процедура, а не рассмотрение содержания Конституции. В 1993 году российский народ тоже ведь проголосовал за существующую версию либеральной Конституции. Кто тогда мог подумать о заложенных в ней подводных минах и фактически о лишении суверенности Российского государства согласно этой Конституции? Народ ведь проголосовал за эту Конституцию.

Практикуется еще один вариант использования референдумов – в национально-освободительной борьбе, когда подавляющее большинство самоопределившихся государств заявляло об этом самоопределении, легитимизируя его через соответствующий референдум.

Но самые интересные референдумы – это референдумы, которые вызваны конфликтом элит, когда президент или другой номинируемый глава государства, фактически национальный лидер вступает в противоречие с окружающей элитой. История знает такие прецеденты, когда решались какие-то основополагающие вопросы в дальнейшем движении государства, и происходило обращение к народу через референдум, чтобы народ высказал свое отношение к ним.

В данном случае мы говорим о феномене, о версии цезарианской трансформации, когда царь обращается к народу, говорит о боярской крамоле, о том, что эта боярская олигархия воровата, и народ высказывает свое отношение к этому. В данном случае это тоже достаточно интересный опыт субъектного отношения высшей власти и народа в плане рассмотрения перспектив, сценариев дальнейшего государственного развития России. Но, резюмируя, я еще раз повторю, что референдумы используются в разных политических целях и могут иметь совершенно разные политические последствия.

Владимир Лексин: В ходе любого референдума люди что-то выбирают. В ходе проведения референдума, как сказал Вардан Эрнестович, происходит выбор чего-то одного, безальтернативного, и люди могут только догадываться об этом.

Чем отличаются выборы от референдума? Это очень важно понимать. Любые выборы – это процесс формирования органов исполнительной или законодательной власти, которые определяются путем сбора и подсчета голосов. Есть четкие процедуры, когда проходят выборы, скажем, президента, или главы города, или кого-то еще. В данном случае это тоже предмет выборов.

Референдумы, в отличие от выборов, выражают или должны выражать мнение народа только лишь по самым важным для государства, для власти или для самого народа вопросам. В этом кардинальное отличие выборов от референдума. Референдум всегда ситуативен, он всегда рассчитан на решение какого-либо одного конкретного вопроса.

Иногда референдум может быть судьбоносным, причем судьбоносным не только для одной страны, но в любом случае это что-то очень важное. Это может быть вопрос, скажем, о том, строить или не строить атомную электростанцию, стоит ли или не стоит проводить сецессию в государстве. Вардан Эрнестович приводил пример Норвегии и Швеции. На наших глазах произошла сецессия – выход Республики Крым из состава Украины.

Референдумы – это не опросы, это тоже процедурно организованные системы предоставления народу права высказать свое мнение, но, опять же, по определенным проблемам. И здесь есть некие рамки, потому что круг проблем далеко не беспределен, и, самое главное, народ его сам по себе никогда не определяет.

Что же такое референдум, в чем его суть? Референдум – это выражение, форма непосредственного участия граждан в собственной судьбе, связанной с судьбой общества. На уровне референдума человеку только кажется, что он решает собственную судьбу. На самом деле все вопросы, которые решаются посредством референдума, это вопросы общественного значения.

От общества и от его институтов зависит то, за что голосуют люди на референдуме, и во всех случаях реализация решений референдума – это дело власти.

Народ, группа людей, участвующих в референдуме, только излагают свое мнение. Власть может к этому прислушаться, но может и не прислушаться, или может прислушаться в той степени, в которой это ей необходимо. В отличие от выборов референдумы, в принципе, ничего самостоятельно не решают. За них все решает власть, которой передоверяется реализация итогов референдума. Очень важно, что все референдумы проводятся в соответствии с законами. Это не самостийное мероприятие, это не стихия и не анархия. Это четко встроенный законодательный или нормативно-правовой механизм, структура государства.

Еще в Конституции СССР 1936 года были сформированы все понятия о референдуме, и было определено, что референдумы могли проводиться Президиумом Верховного Совета СССР или Президиумом Верховного Совета союзных республик. То есть было достаточно небольшое число тех органов, которые могли инициировать референдум, но в так называемое советское временя ни одного референдума не проводилось.

В Законе о референдуме Российской Федерации установлены достаточно четкие рамки их проведения. Во-первых, Конституция в 3-й статье, наряду с выборами, предполагает наличие института референдумов. Они могут быть региональными, муниципальными, федеральными.

Закон о референдуме Российской Федерации определяет, что должна быть некая инициативная идея, поддержанная 2 миллионами граждан, и только потом Президент Российской Федерации с согласия Конституционного суда проверяет законность проведения этого референдума, проверяет, законна ли такая его предметная составляющая, и определяет дату проведения референдума.

То есть, есть четкая законодательно установленная процедура этого. Такого рода процедуры есть и на местном, и на муниципальном уровне. В 131-м Законе об основах организации местного самоуправления в Российской Федерации четко прописано, что такое референдумы, которые, наряду с так называемыми сходами, тоже являются формой непосредственной демократии, непосредственного участия граждан в решении своей судьбы.

Но там есть и ряд запретов. Например, определено, какие вопросы не могут рассматриваться на местных референдумах, в том числе, скажем, вопросы бюджетного состояния в данном муниципалитете, в городе, в сельской местности и так далее. В этот бюджетный процесс нельзя вносить какие-либо коррективы, нельзя перераспределять статьи доходов и расходов и так далее.

Но в целом, согласно этому закону, предполагается, что референдум может решить очень многое – о досрочном прекращении полномочий Президента Российской Федерации, Государственной думы, Совета Федерации, об избрании или снятии с постов определенных должностных лиц высшего уровня, государственных служащих, о персональном составе федеральных органов, то есть в референдуме заложено много возможностей.

Но, еще раз повторю, ни одного референдума в постсоветское время, кроме тех случаев, о которых говорил Вардан Эрнестович, проведено не было. Важно то, что референдум определяет возможность принятия чрезвычайных и срочных мер по обеспечению здоровья и безопасности населения. Это предусмотрено законом.

Ну, и самое последнее. Недавно мэрия города Москвы приняла очень любопытное постановление о еженедельном референдуме. Что это такое? Это очень интересная новация. В мире есть аналоги, но то, что предложено мэрией Москвы, весьма любопытно.

Решено сделать специальное мобильное предложение, которое называется «Активный гражданин». Еженедельно будут проводиться сначала предварительные опросы населения, а потом будут формироваться предложения со стороны мэрии города Москвы, и они будут выноситься на всеобщее одобрение или неодобрение.

Один из таких референдумов уже прошел. В нем участвовало 300 тысяч человек, и они решали вроде бы очень простой вопрос – стоит ли вернуть Всероссийскому выставочному центру его прежнее название советских времен – Выставка достижений народного хозяйства? 98% участвовавших в референдуме сказали, что, да, стоит это сделать.

В ближайшее время будут проведены референдумы по поводу времени – летнего или зимнего, на территории Москвы, строительства отдельных кварталов и так далее. Причем предполагается, что это все пойдет вниз – дойдет до уровня референдумов по поводу содержания или благоустройства отдельного двора или отдельного небольшого микрорайона.

Может быть, в проведении референдумов для тактического, не для стратегического, управления решением важнейших проблем и есть немалый смысл.

Таким образом, референдум – это очень любопытная форма изъявления мнения людей по важнейшим вопросам, но принятие решения по этому поводу все равно остается за властью. То есть дилемма народ – власть остается и не снимается с референдума. Спасибо.

Степан Сулакшин: Спасибо, Владимир Николаевич. Если совсем упрощенно и сжато определить, что же такое «референдум», то референдум – это опрос населения по важнейшим вопросам жизни общества и государства.

Референдум в коллективе – проголосовали «за», проголосовали «против», решение или отношение к какому-то вопросу принято. Но референдум – это либо форма выявления мнения большого человеческого сообщества, либо принятие им решения по самым важным вопросам.

Это вещь редкая, в рутинной бытовой жизни населения практически незаметная и в памяти не находящаяся, и в актуальной какой-то жизненной повестке это отсутствует. Но в политическом пространстве, в жизни государства референдум – это важный инструмент, особенно он важен в условиях конфликта общества, конфликта элит на важных поворотных моментах революционных изменений в жизни общества и государств.

Референдум, как правило, закреплен в Конституции как право граждан страны, он описан законом, имеет разные уровни, имеет ограничения, формальные и неформальные. Разные уровни вызывают к жизни такие формы референдума как сход, например, в сельском Совете, поселении, а также форма референдума – опрос. Он может быть проведен не в форме голосования, а в форме опроса.

Целью и результатом референдума может быть определение мнения населения по какому-то вопросу для принятия того или иного решения. Формулировка вопроса может быть такой: «Поддерживаете ли вы такую-то точку зрения или такую-то оценку?» Второй тип продукта – это уже непосредственно окончательное решение.

Референдум отчасти позволяет воплотить в жизнь такую идеальную цель и форму как народовластие.

Вообще это, конечно, мифическая категория, потому что, например, в нашей стране 145 миллионов человек управлять государством не могут, потому что это физически и технически невозможно. Поэтому решения в данном случае принимаются только по отдельным, самым крупным вопросам.

Но есть масса формальных и неформальных ограничений. Что это за ограничения? Прежде всего, это манипуляции, неформальные вещи. Ведь вопрос можно сформулировать так, что потом реализация даже якобы принятого решения становится предметом интерпретации. Вопрос может быть сформулирован таким образом, и это очень хорошо умеют делать политтехнологи, политические психологи, что в нем уже закодирован ответ. Что называется, другого ответа на такой вопрос дать нельзя. Например: «Вы, конечно же, за все хорошее и против всего плохого?» Ну, кто же ответит на этот вопрос «нет»?

По такой формуле тонко выстраиваются формулировки вопросов, и референдум мнения большого человеческого сообщества, народа становится предметом манипуляции, или, скажем прямо, обмана.

Существует проблема ограничения вопросов, которые можно выносить на референдум, и это до каких-то пределов сужает тему народовластия. Эти вопросы, опять-таки, устанавливает не народ, а власть. В лучшем случае, это полномочные избранные лица, которые не забывают об интересах народа, но чаще всего это склоняется к манипулятивному механизму.

Следующее ограничение заключается в проблеме подсчета результатов голосования. Эффект Чурова стал уже классикой. «Неважно, как голосуют, важно, как подсчитываются голоса» – это классика советского периода. И это сложная проблема, потому что подсчет голосов осуществляют и организации, и власть, а ведь референдум – это и есть способ снять противоречия между народом и властью, которая утрачивает связь, утрачивает единство, первородство. «Вышли мы все из народа, и никак не можем вернуться обратно». Вот такие расхожие шутки об этой проблеме.

Существует проблема исполнения решений. Решение принято, но оно не исполняется. Наверное, самое животрепещущее для нас, для нашей страны, это референдум о Советском Союзе в последний год его существования, на который никто не обратил внимания ни в союзном руководстве, и, прежде всего, Горбачев с его командой, ни в союзных республиках. Итоги референдума, несмотря на волеизъявление народа, не были реализованы.

Российское законодательство довольно целенаправленно сужало возможности референдума, например, по вопросу о роспуске Государственной думы: нельзя такой вопрос выносить за такой-то период до окончания ее полномочий, в течение такого-то периода после начала ее полномочий, и так далее. Есть еще целый ряд вопросов, которые на референдум выносить нельзя.

Это, конечно, выхолащивает идею народовластия в смысле вот этой техники референдума. Вообще в России сам закон о референдуме, скорее, развивался в сторону ограничений возможностей народоизъявления, и мне кажется, что нужно было бы направить усилия в противоположную сторону – референдум как способ страхования, как способ давления и сдерживания цехового произвола, цеховой замкнутости интересов, в которую ввергаются выбранные лица. Тем более, если эти выбранные лица выбраны фактически пожизненно, десятки лет сидят в своих креслах и фактически никакой политической ответственности не несут.

То есть российский референдум стоило бы развить в правовом и политическом пространстве с целью активировать его функцию по организации политической ответственности правящего режима, правящих властей, институтов и конкретных личностей.

И второе, что стоило бы добавить в российское законодательство, это ответственность за неисполнение решений, принятых референдумом, в том числе ответственность не только административная, но и уголовная. И хоть референдум – это абстрактная, далекая от обычной жизни обычных людей вещь, но, как мы видим, в критические исторические моменты испытаний, поворотов страны она очень важна.

Стоило бы, конечно, российскому обществу, экспертному пространству, политикам, законодателям, Президенту страны этот инструментарий превратить из инструментария сдерживания масс и ответственности, творчества масс и ответственности народа в тонкий и очень ответственный эффективный инструмент реализации национальной совести, национальных мозгов, наконец, национальных потребностей, которые только и должна отрабатывать власть в своей деятельности.

Будем надеяться, что это произойдет. Во всяком случае, теперь мы с этим термином разобрались, и станет проще давать наказы вашим избранным депутатам, другим руководителям, как совершенствовать в России этот институт.

На следующий наш раунд мы предлагаем термин «конфликт», конечно, в широком поле его бытия, от ссор и споров до войны.

Спасибо за внимание, и до новых встреч.


comments powered by HyperComments
4316
19108
Индекс цитирования.
Яндекс.Метрика