Цивилизационный код
Передача «Обретение смыслов»

 Цикл передач "Обретение смыслов". Цивилизационный код.

Степан Сулакшин: Добрый день, друзья. Сегодняшний термин вновь сложносоставной – это цивилизационный код. Чтобы не перенапрягаться, уточню, что не через букву «т», а через букву «д», «код» от слова «кодировка». Цивилизационный код. Есть еще неотъемлемая версия – цивилизационный генетический код. Почему этот термин взволновал, почему мы решили его выдвинуть на обсуждение? Потому что, к счастью, наконец, в актуальном политическом словаре современной России, ее руководства, президента страны этот термин появился. Это событие, потому что… А почему, мы сейчас и разберемся. Какова же смысловая нагрузка этого термина. Цивилизационный код, цивилизационный генетический код. Начинаем – Вардан Эрнестович Багдасарян.


Вардан Багдасарян: Итак, из уст президента было сформулировано понятие цивилизационный код. На заседании совета по межнациональным отношениям он говорил о том, что существует единый культурный (цивилизационный) код, который характеризуется особым стремлением к правде и справедливости. В валдайской речи целых три раза употребляется слово «код», культурный и духовный код один раз, генетический код, исторический код – третий раз. То есть видна такая определенная нечеткость произносимого. Значит, что подразумевается под этим кодом? Между тем, книга наша «Вариативность и цикличность глобального социального развития человечества», 2009 год. Исследуется проблема определения принципа устойчивого существования цивилизации, предлагается концепт рассмотрения цивилизационных систем по аналогии с живыми системами. В качестве категориальной дефиниции в данном случае предлагается понятие цивилизационного кода, цивилизационного генетического кода. Книга 2009 года, когда, собственно, еще в широком научном политическом дискурсе такое понятие не использовалось. Итак, код. Что такое код?

Код – это особая комбинация символов, знаков, сигналов.

Применительно к цивилизациям, еще в 1945 году исследователь западный Джордж Мербек говорил о семидесяти универсалиях, в которых можно охарактеризовать разные цивилизации, и вот от их сочетания зависит и определяется специфика этих цивилизаций. Это этика, мораль, религия, тип семьи, мифология, музыка, особенности невербального общения, игры, танцы и так далее – это все составляет единый синтез. Но здесь, когда было произнесено «цивилизационный код» Путиным, соответствующий термин получил широкое распространение. И вот, что показательно. Показательна трактовка доминирующая, стали восприниматься – «код», «кодировка», некий сфинкс, который разгадать нельзя, что-то, в общем, закодированное, непознанное. И вот Россия в этом, как цивилизационный код, что-то есть определяющее российскую специфику, а что, понять невозможно. На самом деле, когда мы вводили этот термин, и потом он получил в последующих наших работах развитие, он был уместен и применим в рамках теории витального подхода. Вот еще одну книгу я покажу уже этого года «Сложные системы в витальном подходе». Здесь развивается эта идея. У живых систем есть свой генокод.

Мы развиваем положение о том, что социальная система, она тоже живая, но мы говорим о разных формах жизни. Есть более совершенные формы жизни, социальные формы, это тоже форма бытия, форма жизни. Наиболее масштабной социальной формой является форма бытия цивилизации.

Цивилизации самодостаточны, цивилизации уникальны, у цивилизаций есть свой цивилизационный код. В рамках этого подхода мы говорим о том, что нельзя проводить, как генный инжиниринг по отношению к биологическому организму, так и по отношению к социальному организму он крайне опасен. Ведь можно, применяя этот инжиниринг либо умертвить этот организм, либо вырастить мутанта. И мы смотрим на исторический опыт России. Все попытки, а они предпринимались не раз, сделать из России что-то другое, вылепить из России Европу или вылепить из России Америку, всякий раз это давало принципиальный сбой. Джефри Сакс, когда он анализировал провал реформы девяностых годов (Джефри Сакс был одним из советников Гайдара, политики «шелковой терапии» и идеолог в России), он высказался примерно так. Что мы положили больного, то есть Россию на операционный стол, вскрыли ему грудную клетку, а у него оказалась другая анатомия. Другая анатомия, значит, иная, не подходящая под те лекала западного реформирования, которые, вот казалось, должны иметь успех. Важно еще следующее. Мало назвать, что существует цивилизационный код, что он есть.

Важно правильно определить, что вот составляет основание, в чем его специфика. Если мы посмотрим, да, со стороны нашей власти произнесены были правильные слова о том, что, вот, цивилизационный код в России существует. Но трактовка, если судить по государственной политике, дешифровка, она осуществляется прямо противоположным образом, чем действительно составляет содержание этого кода. Ну достаточно вспомнить, все мыслители, которые анализировали специфику русской цивилизации, по сути, сходились, что одна из главных ее черт, парадигмальных черт – это общинность, это коллективизм. Бердяев писал в свое время о русском коммунизме не как марксистском коммунизме, а именно русском. Он говорил об истоках смысла русского коммунизма, который заключается в русской культуре. Но у нас… Смотрим сегодня на нашу политику. Вроде произнесено – цивилизационный код, но в политике прямо противоположная действует установка. Министр труда и социальной защиты говорит, что справедливость заключается в том, чтобы уйти от принципа уравнительства. Но идея равенства, она как раз и составляла то понимание справедливости по отношению к России. Есть и еще один вызов в отношении этого понятия.

Одно время на Западе действовала стратегия такого универсализма, значит, на распространение американской системы ценностей на весь мир, западного ценностного пакета. Она действительно использовалась для уничтожения геополитических противников.

Вот идеалы свободы, идеалы, связанные с развитием западной культуры. Но вот наблюдается некоторый поворот, его не сразу обнаружили, но он есть. Ну первоначально в хантингтоновской этой версии стали говорить о цивилизационных войнах, а по сути, идея-то какая? Закрепить неравенство. Закрепить то, что есть зона развития и зона неразвития. И цивилизации находятся на разном уровне. Они ценностно различны в той хантингтоновской версии, конвергенции между цивилизациями быть не может, ценностно они, в общем, совершенно различаются между собой и никакого, в общем, диалога, какой-то общей для развития человечества ценностной платформы не существует. В действительности, если посмотреть на анализ традиционных религий, которые важное место составляют в развитии цивилизаций, мы увидим, что понимание, что такое человек, какие основные ценностные ориентиры, что такое добро, какие основные добродетель, оно, в принципе, совпадает. Так чем отличаются цивилизации? Оно отличается не столько самими ценностями и набором этих ценностей, набор ценностей, он определенный, оно отличается, во-первых, значимостью этих ценностей. Ну, скажем, ценность коллективизма более значима для России и менее значима для Запада. Оно отличается также формами воплощения этих ценностей, которые составляют специфический облик, профиль этих цивилизаций. Поэтому цивилизационный код – это не просто художественная метафора, это не просто вот такая категория художественно-эмоциональная, это категория научная. А если это категория научная, то предполагается соответствующий научный анализ.

Степан Сулакшин: Спасибо, Вардан Эрнестович. Владимир Николаевич Лексин.


Владимир Лексин: Код сам по себе – это очень любопытное и действительно научно определенное такое понятие. И мне кажется, что действительно есть смысл разобраться в том, что это такое. Любой код, и код цивилизационный в том числе, это некая совокупность средств, там, биологического, социокультурного характера, посредством которого определенный набор ценностей воспроизводится в поколениях. Код – это то, что может передать от одного поколения другому поколению, от одного человека другому человеку, от одного государства другому государству. Суть того, что в них образуется – в человеке, в государстве или в цивилизации в целом. Это вот средство передачи, и в то же время это средство еще обладает определенной сущностью такой, это средство, которое одновременно и материальную имеет составляющую. И материальной его составляющей, такой содержательной его частью являются ценности, в данном случае цивилизационные ценности, которые передаются. Код – это способ передачи цивилизационных ценностей, как таковых. Здесь, естественно, возникают два таких момента. Что такое вот эти цивилизации, тем более российская цивилизация, и что такое эти самые цивилизационные ценности, которые с помощью кода этого могут передаваться, и сами являются кодом таким, передающимся от поколения к поколению. Тут сразу же возникает еще один вопрос о том, что такое российская цивилизация, как таковая. Для меня этот вопрос всегда был смутным. Я очень хорошо понимаю, что такое русская цивилизация, я понимаю, что такое русская идея, я понимаю. Что такое русская культура, и не очень представляю, что сейчас можно к этим же самым существительным придать вот эти определения со словом «российская».

Думаю, что, может быть, все-таки нужно сейчас говорить не о … хотя, можно, конечно, но с большими оговорками… о цивилизационном коде России, как таковой, потому что она давно уже не представляет единое, да и по-разному была, единое цивилизационное целостное такое нечто.

И тут, кстати, показательна такая вещь. Только что была утверждена такая любопытная федеральная программа, многомиллиардная, естественно. Она рассчитана до 2020 года, она называлась «Укрепление единства российской нации и способствование этнокультурному разнообразию». То есть первое со вторым не сходится, никак, естественно, не сходится. Так же, как не сходится и с тем, что такое российская нация. По последней переписи люди причислили себя ни к татарам, ни к евреям, ни к русским, ни к украинцам, там около 170 было национальностей разных, к россиянам всего 13 тысяч человек. Причем из них значительная часть назвала себя афро-россиянами. То есть вот само даже понятие российской нации, как некого воплощения, да, носителя вот этих самых российских цивилизационных ценностей или российского цивилизационного кода, наверное, достаточно так спорно сейчас отождествлять одно с другим или как-то говорить об этом. То тут, конечно, самое-самое-самое главное: это что же это за ценности, которые передаются, и как они передаются. И вот в книгах, о которых Вардан Эрнестович говорил, в работах, которые проводили мои коллеги, понятия цивилизационных ценностей очень четко сформулированы. И своими словами я бы мог сказать, что это представление о благом, нужном и должном. Это представление о благом, нужном и должном, которые лично переживаются, которые воплощаются в поступках, в оценках происходящего.

И что вот эти вот представления формируются на стадии становления каждой цивилизации, воплощаются в конкретные действия, ментальности отдельных лиц, социальных групп и так далее. И они-то именно определяют общепринятое оценочное отношение к любым явлениям и проблемам. Вот ценности такого рода, их не так много, набор их достаточно стандартен, и они различаются в разных цивилизациях и субцивилизационных подгруппах. Ну, скорее, степень их воплощения, действительно, доминированием их, но это вещь достаточно реальная такая. Это представление, это именно представление о благом, нужном и должном, которые воплощаются в нашу реальную жизнь. И раз мы сказали слово «код», то мы должны сказать еще второе слово – «декодировка». Вот декодировка ценностей, тех ценностей, которые были в течение огромного исторического периода вкраплены сначала в жизнь нашего народа, потом были слегка трансформированы, потом, наоборот, они были укреплены разными действиями, очень четко проявлялись в советский период. Вот вся вот эта система ценностей сейчас декодируется, происходит декодировка. То есть меняются и средства этой преемственности вот как кода, и одновременно само содержание вот этих вот самых ценностей.

Мне кажется, что это очень существенный момент такой – понять, что цивилизационный код, о котором сейчас говорил наш президент, если это только не общее такое понятие, не общее слово, это то, что нуждается в защите, в поддержке, в очень четкой расшифровке, в очень ясном трактовании, что это такое.

Все, что происходит сейчас в нашей политике, и все, что происходит в нашей общественной жизни, все, что происходит в средствах массовой информации, все, что происходит в системе образования, все декодирует цивилизационные ценности, меняет этот самый цивилизационный код.

И тут возникает последний вопрос, который я хотел бы задать себе и вам тоже. О каком цивилизационном коде сейчас идет речь? О том коде, который нужно защищать, который нужно поддерживать, который нужно понимать, как, может быть, последнюю ценность, которая еще позволяет образовать некоторое единство вот нас, как народа, как нации, как государства? Или речь идет о том цивилизационном коде, который сейчас формируется, декодируется всеми средствами внешней, внутренней политики, средствами массовой информации и так далее? Это вопрос вопросов. О каком цивилизационном коде сейчас идет речь, и что хотел бы сказать, вероятно, наш президент? Самое главное, что бы мы хотели услышать, вот когда мы эти слова каким-то образом воспринимаем. Спасибо.

Степан Сулакшин: Спасибо, Владимир Николаевич. Мне кажется, сегодняшний пример очень методологически интересен и плодотворен. Ну, действительно, обрести смысл – это ответить на ключевые методические четкие вопросы. Цивилизационный генетический код. Что? Код – это ядро. Код – это что такое? Это блок информации специфичный, потому что она сжата, она содержит только самые необходимые содержательные элементы без всякого рода художественных украшений, избыточности, синонимичности и тому подобное. Это информация, которая несет в себе в сжатом виде некую формулу, некий чертеж. Код – это информация, содержащая в себе проекцию на реализацию чего-нибудь, на конструирование, на строительство, на развитие. Код кодирует поведение, действие, строительство. Код управляет, код предопределяет некие будущие облики. Вот, что такое код. Код чей? Для кого? Для цивилизации, он цивилизационный. Что есть цивилизация? Цивилизация – это не, в данном случае, не динамически понимаемая категория, как разнесенная во времени развитость цивилизованных, там, конгломератов относительно варварских конгломератов. Есть такое прочтение категории цивилизации. Оно довольно неплодотворно, довольно манипулятивно, менее интересно, чем понимание так называемых локальных цивилизаций, одновременно существующих в мире, как устойчивых во времени и в пространстве человеческих сообществ, отличающихся по значимым чертам жизнеустройства и жизнедеятельности. Там культура, там религия, там устои, там уклады, там язык, там этническая компонента и так далее.

Итак, код – это сжатая информация, которая предопределяет специфический вид цивилизации. А почему он генетический? Генетический – это некоторая характеристика его генезиса, то есть предыстории, то есть некой глубины истории, в которой он сформировался.

И это оказывается очень важным для вот этого конденсированного плотного информационного сгустка – цивилизационный генетический код. Итак, очень похоже на биологический генетический код. Там что это такое? Это действительно сжатая специфическая информация в физическом материальном таком воплощении, ну, в химическом, в физиологическом таком воплощении на микромолекулярном и клеточном уровне. Который делает что? Который задает облик вида его представителей. Очень специфичный – птички летают, рыбки плавают, люди ножками передвигают, червяки ползают. Рожденный ползать летать не может. Если вы берете зайчика и говорите: «Зайчик, такое теплое замечательное море, вон там рыбки плавают, им там хорошо и кормовая база большая. Ну-ка иди туда, там тебе станет хорошо». Мы понимаем, что с зайчиком будет в условиях водяной морской сырости в воде? Он утонет просто-напросто. То есть специфический вид живого организма, образца, он, прежде всего, приспособлен, адаптирован к условиям. С какой точки зрения, с позиции какого критерия? С критерия успешности, жизнеспособности, способности выжить в условиях внешних угроз, агрессий, не комфортности, непригодности климата, температура не та, влажность не та, кормов мало и тому подобное?

Поэтому в эволюции жизни биологической организмы обретали в попытках вот таких флуктуационных изменчивостей наивысшую жизнеспособность, адаптируя свое (два важных слова) жизнеустройство (ручки, ножки, глазки, цвет, размер и прочее) и жизнедеятельность, то есть порядки, правила и сами поведенческие акты. Ну, например, если ты не хочешь, чтобы тебя более сильный зверь сожрал, падай на спину, лапки поднимай, делай вид, что ты признал его верховенство и он тебя пожалеет. Вот такая шоковая самозащита у животных очень развита. Соответственно, от этого аналога переходим к социальным живым системам, человеческим сообществам, цивилизациям. Они ведь точно также в истории рождались, и если не становились способными ответить на вызовы среды – и социальной, и природной, они умирали. Много таких цивилизаций исчезло в глубинах истории. На сегодня вызов, например, русско-российской цивилизации, равно как Советскому Союзу в том, что она может исчезнуть. Почему? Да потому что - что русскому здорово, то немцу смерть, но ведь и наоборот тоже. И когда нам навязывают перекодировку, я бы уточнил Владимира Николаевича, перекодировку наших жизненно важных внутренних устройств для цивилизации, для сообщества, для культуры, для поведения, то это смертельно опасно. А что это за социальные цивилизационные такие кодировки? Ну, конечно, это традиции, это социальные уклады, поведенческие форматы, ценностные установления, которые закладываются в воспитании, в образовании, в организации труда, в организации распределения, в организации своего отношения к миру и позиционирование в мире. Все равно так же, только с аналогией, как для биологического живого организма, так и для цивилизаций, для человеческого сообщества, страны, например, или конгломерата стран, если цивилизация включает в себя несколько народов, стран, и более географически обширна, чем национальное государство Россия, государство-цивилизация. Поэтому это важнейшая совершенно характеристика в двух, подчеркиваю, сферах.

Жизнеобустройство – это активное пространство, которое мы сами, мы – избиратели, избирая депутатов, депутаты, решая в парламенте, назначая правительство, правительство, принимая свои решения, президент – свои.

Мы своими руками жизнеобустраиваем свою страну, делаем ее либо жизнеспособной, либо жизненеспособной, деградирующей, стремящейся на кладбище, как современная либеральная космополитическая модель. Главный чертеж при этом – это Конституция. Так вот, цивилизационный генетический код, он воплощается в важных вещах, культурных кодах, религиозных накоплениях, правовом конституционалистском государственном строительном плане, в конституции нормативно-правовых вот этих пирамидах. Так вот действующая конституция, которая нам навязывает иные коды, перекодирует нашу русскую российскую цивилизацию, для России смерти подобна. И, как всегда, после (можно было и перед) детализации таких смысловых пространств, в которых этот термин живет и идентичен своей смысловой нагрузке, попробовать дать определение, которая тоже, как формула. Итак, цивилизационный генетический код – это набор значимых факторов жизнеобустройства и жизнедеятельности. Это корень. Что это такое? Набор значимых факторов жизнеобустройства и жизнедеятельности для кого и какой? Цивилизационный генетический код – это набор устойчивых в истории, характерных для человеческого сообщества, локализованного по пространству, значимых для его успешности факторов его жизнеобустройства и жизнедеятельности. И, слава богу, что президент страны берет на вооружение эту важнейшую формулу государственного строительства, общественного развития, политического устройства, от которой зависит жить России в будущем или не жить.

Утонуть, как тому зайчику в соленом море, или благоденствовать в своих зеленых и травяных покровах, что для него естественно и наиболее благотворно. Вот такой, оказывается, очень важный, ответственный и политически, практически работающий термин, смысл, категория. Дай бог, чтобы она стала ключом для всей государственной политики в России. И анонсируем на следующий разговор термин, категорию – «властная идейная трансформация». Термин новый, но он совершенно обоснован реальной современной политической практикой, и он очень значим и ответственен, в том числе для ближайших перспектив нашей с вами страны. Спасибо за внимание, через неделю увидимся. Всего доброго.


comments powered by HyperComments
1135
4391
Индекс цитирования.
Яндекс.Метрика