Украина на пороге смены власти. Что делать России?

Украина на пороге смены власти. Что делать России?

Автор Михаил Васильевич Демурин — политический аналитик, публицист, общественный деятель. Имеет дипломатический ранг Чрезвычайного и Полномочного Посланника 2-го класса.

Статья Михаила Васильевича опубликована РИА Новости 7 марта 2017 г.

Дела на Украине идут все хуже и хуже, и некоторые у нас уже начали считать дни до того, как развалится нынешний киевский режим. Судя по всему, им уже виден даже некий рубеж, по преодолению которого на Украине и в отношениях между нашими странами начнется чуть ли не новая эпоха. Но так ли это?


ПРОБЛЕМА НЕ В РЕЖИМЕ, А В УКРАИНСТВЕ

Окончательное падение Порошенко и его сторонников, конечно, внесет некоторые изменения в обстоятельства украинской политики, российско-украинские отношения и возможности воздействия на них со стороны Запада. Но, думаю, кардинальным образом это ничего не изменит.

Проблема современной Украины заключается не в режиме, который насадил оголтелое украинство, а в украинстве, которое взяло такую силу, что смогло вплотную подойти к захвату власти и настолько впечатлить Запад, что тот помог украинским шовинистам ее оседлать. Нынешний украинский режим, вполне возможно, падет, а может быть, лишь трансформируется. Но вот украинство — идеология отрицания национальной и культурной общности великорусского и малороссийского народов, принципиальной враждебности ко всему русскому, собственной вожделенной «принадлежности к Европе» и готовности за это выполнять для Запада самую грязную работу — точно останется. И если ему как мировоззрению и политическому проекту ничего не противопоставить, оно будет и дальше набирать силу.

Тем более что спрос на Западе на все, что направлено на разрушение России и русского народа, будет оставаться высоким.

Церемония инаугурации президента Украины Петра Порошенко в Верховной Раде в Киеве. 2014 год © РИА Новости. Николай Лазаренко


ВАЖНЫЕ ДЛЯ РОССИИ И РУССКИХ ВОПРОСЫ

У меня нет окончательного рецепта подхода к этому вопросу — он может быть выработан только общими усилиями. Проблема, однако, заключается в том, что его серьезного обсуждения не наблюдается.

Сегодня в основном обсуждаются тактические политические детали: что думают об Украине, причем в сугубо прикладном плане, немцы, американцы или поляки; кто из политиков и как должен был себя повести, но не повел; от кого и что ждали, но не дождались; кому и как стоило бы себя проявить сейчас, но он себя, скорее всего, именно так не проявит.

Другое дело — наше собственное самоопределение по проблеме Украины и украинства. Что такое современная Украина сама по себе и для России?

Кто такие украинцы для граждан России вообще и для той их преобладающей части, которые считают себя русскими? Как нам относиться к украинским русским, которые в силу давящих обстоятельств и собственной слабости пошли по пути украинизации? Что будет означать для России и русских возможный возврат украинских элит к здоровому национальному самосознанию, и какие формы оно может принять в современных обстоятельствах?

Зимний Киев © Fotolia / Lev


НЕКОТОРЫЕ ИСТОРИЧЕСКИЕ ПОДСКАЗКИ

В Российской империи существовало мировоззренческое течение — «украинофильство». Изначально оно не было враждебно России и русским, не являлось сепаратистским, а лишь исходило из некой «двусоставности» России, утверждало особую роль Малой Руси в общерусской истории и культуре и имело целью развитие региональной малороссийской самобытности.Но оно довольно быстро — не без внешнего, понятно, участия — трансформировалось в то самое антироссийское и русофобское украинство, о котором было сказано выше. Потом никогда не бывает так, как прежде. После того, что произошло в отношениях между украинцами и русскими за последнюю четверть века, наше отношение к ним, да и к самим себе, русским, уже никогда не будет прежним. Да этого и не требуется. А вот что требуется, так это реалистично, отставив в сторону стереотипы, взглянуть на историю, на сегодняшний день, провести от них линию в будущее.

Можно, конечно, вслед за автором «Повести временных лет» в силу традиции продолжать говорить о Киеве как о «матери городов русских», но важно вникнуть в то, какое значение вкладывал в эту фразу Нестор-летописец: Олег объявлял Киев «метрополией» (от греч. μήτηρ — «мать» и греч. πόλις — «город»), то есть столицей владений, доставшихся ему в княжение, утверждал понятие о централизации как единственно возможной форме существования государства. Потом такой столицей стал Владимир, затем — Москва, Петербург, опять Москва.

Панорама зимнего Киева © Fotolia / кosmoos

Киев для нас останется столицей централизованного русского государства — Киевской Руси, но, собственно, пращуром русских городов пусть все же будет основанная, как мы сегодня знаем, раньше него, в 753 году, древняя Ладога. От кого ведут свое родовое начало русские города в Сибири? Расскажите там нашему мужику, что они ведут свое начало от Киева, и услышите, что он вам ответит. А русские города Новороссии — разве они не дети Санкт-Петербурга?

Не очень веря в концепцию триединства русского народа (а перед лицом событий 1991-го и последующих лет в нее можно только верить — эмпирически она не подтверждается), я никогда специально не искал в ней противоречий. Недавно, однако, мне бросилось в глаза ее явное расхождение с близкой мне мыслью Льва Николаевича Гумилева о битве на Куликовом поле как отправной точке формирования собственно русского этноса. Помните: «Пришли москвичи, серпуховчане, ростовчане, белозерцы, смоляне, муромляне и так далее, а ушли с него — русские»? Немаловажно, конечно, добавить сюда и западно-русских князей и воинов из Брянска, Полоцка, Друцка… Но с земель Малой Руси там если кто и был, то в личном качестве. Верю, что и потомки его, несмотря на все исторические перипетии, навсегда остались русскими.

Гравюра «Дмитрий Донской объезжает Куликово поле после битвы» © РИА Новости


НЕ ПОВТОРЯТЬ ОШИБОК И ПРЕОДОЛЕВАТЬ УКРАИНСТВО В СЕБЕ

Многовековое пребывание народов Западной и Южной Руси под польско-литовской и австро-венгерской оккупацией, их подверженность в тот период жесткому религиозному и культурному переформатированию не могли остаться без губительных для них последствий. Заданный их формированию в качестве «самостоятельных» этносов антирусский вектор не был полностью преодолен ни в Российской Империи, ни в СССР. Вновь подстегнутые извне в конце XIX века и лишь ненадолго заторможенные в середине века XX, на рубеже тысячелетий разделительные процессы между теми, кто называет себя украинцами и русскими, стали полностью необратимыми и привели к сегодняшней трагической реальности. Близко к «точке невозврата», к величайшему сожалению, находятся и действительно братские в прошлом связи белорусского и русского народов.

Белоруссия, однако, — это очевидно иная тема, здесь присутствует гораздо больше, чем в случае с Украиной, факторов, работающих на сохранение между нами если не единства, то хотя бы общности.

Что же касается Украины и украинцев как последователей украинства, то здесь политика должна проводиться без скидок на прошлую «дружбу народов»: нам слишком дорого уже обошлись и еще обойдутся политкорректность и прямое попустительство. При этом там необходима особая открытость ко всему русскому, всяческая его поддержка, но не такая, какой была поддержка так называемых «соотечественников», которые с началом известных событий осенью 2013 года просто исчезли.

Главное же, чего требует от нас углубляющийся кризис на Украине, — это последовательное преодоление тех черт внутрироссийской и конкретно русской политики, которые, как это ни печально, перекликаются с корнями украинства. Это западничество, пренебрежение многовековой отеческой традицией, попытки подмены народного начала политическими конструкциями, а также банальная национальная ограниченность, вызванная плохим знанием своей собственной страны и своего собственного народа.

Если мы сами останемся до конца русскими, то в исторических местах Киева у нас всегда будет по-особому биться сердце. Этого, однако, мало для сохранения общности с нашими давними, но не очень добрыми, соседями. Надо, чтобы и у них, особенно у живущих на Украине русских, так же благоговейно, как у нас, с мурашками по спине, билось сердце на Соборной площади в Кремле. Будет так или нет, на самом деле только наполовину, причем на меньшую, зависит от России.

Источник


ЕЩЕ ПО ТЕМЕ

Зачем России Украина?

Какую бомбу подложил Ленин?

Россия и вызов восстановления общей идентичности в ближнем зарубежье — I

Или мы уже не братья?..

Противостояние национальных проектов на Украине в контексте современных событий

Итоги российской внешней политики (2000 г.-н.в.)

Непризнанные страны. Непризнанные люди. Непризнанная русскость



Вернуться на главную
*Экстремистские и террористические организации, запрещенные в Российской Федерации: «Свидетели Иеговы», Национал-Большевистская партия, «Правый сектор», «Украинская повстанческая армия» (УПА), «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ, ДАИШ), «Джабхат Фатх аш-Шам», «Джабхат ан-Нусра», «Аль-Каида», «УНА-УНСО», «Талибан», «Меджлис крымско-татарского народа», «Мизантропик Дивижн», «Братство» Корчинского, «Тризуб им. Степана Бандеры», «Организация украинских националистов» (ОУН), «Азов», «Террористическое сообщество «Сеть», АУЕ («Арестантский уклад един»)


Comment comments powered by HyperComments
45
83
Индекс цитирования.
Яндекс.Метрика