Легитимны ли выборы в Новороссии?

Легитимны ли выборы в Новороссии?

Замглавы Центра научной политической мысли и идеологии, д.и.н. Вардан Багдасарян

Ключевой вопрос любых выборов в высшие органы государственной власти – вопрос легитимности. Легитимность (признание власти народом) часто смешивают с легальность (законностью). Такая подмена – один из, ставших уже классическим, приемов «цветных революций». Сначала обнаруживаются нарушения в процедурах проведения выборов. Такие нарушения, причем, могут быть обнаружены в любом выборном процессе, любого государства. Далее же, на основании фиксации незаконных действий, утверждается, что победившая на выборах команда пришла к власти вопреки воле народа. Следующим шагом в этой логической развертке объявление правящего режима антинародным, узурпаторским. И, наконец, призыв к антивластному выступлению, реализации права народа на восстание. «Международное сообщество» поддерживает этот протест, как борьбу за торжество идеалов демократии. Между тем, сам по себе факт имеющихся нарушений не есть еще свидетельство о нелегитимности власти. Власть может быть легитимна (то есть признаваема в качестве власти большинством народа, обладая в его глазах моральным авторитетом) даже при полном отсутствии выборов.

Теперь – к ситуации в Новороссии. Существует два ракурса новоросских выборов – внешний и внутренний. Внутренний ракурс заключается в вопросе о соответствии проведенных выборов реальному волеизъявлению народа. Внешний состоит в вопросе о признании их со стороны других стран.

В антиноворосской информационной компании новое донецко-луганское руководство представляется в качестве преступных группировок, захвативших власть при военной помощи России. Петр Порошенко говорит о форме выборов под дулами автоматов. Подразумевается, что народ с Донетчины чужд этой группировке и никогда бы её по доброй воле не поддержал. Но есть результаты проводившихся фактически параллельно результатов выборов на территории Донецкой и Луганской областей, находящихся под контролем Киева. Там уж если и было давление, то в пользу другой стороны. Они существенно отличаются от тех, которые были получены по Украине в целом. Первым в Донецкой области оказался с существенным отрывом от всех остальных сил «Оппозиционный блок», имеющий, с известными оговорками, репутацию пророссийского объединения, преемника «Партии регионов». Он набрал 38,9 % голосов, опередив «Блок Петра Порошенко» более чем вдвое. На Украине доля голосов «Оппозиционного блока» — 9,4 %, т.е. в четыре раза меньше, чем в Донецкой области. На третьем месте в Донецкой области с 10,2 % Коммунистическая партия. В целом же по Украине она получила 3,9 %, не преодолев пятипроцентный барьер. Победивший на украинских выборах «Народный фронт» Арсения Яценюка получил в Донецкой области всего 6,1 %. «Радикальная партия» Олега Ляшко не преодолела на Донетчине пятиброцентного барьера.

Таким образом, вне зависимости от фактора административного ресурса, Новороссия очевидно поддерживает пророссийские, русофильские силы. Следовательно, выборы в ДНР и ЛНР легитимны.

Будут ли эти выборы признаны «международным сообществом»? По всей видимости, нет. И что с того! В мире сегодня более трех десятков непризнанных или частично признанных государств. Увязывание легитимности с внешним признанием есть очевидное ограничение их национального суверенитета. Почти все государства мира исторически возникали в борьбе. Проигравшая сторона почти в отношении каждого из них отказывала в признании легитимности. Великобритания семь лет, до 1783 года отказывалась, в частности, признавать независимость 13 отделившихся от нее (причем, без всякого референдума) американских колоний. «Мировое сообщество» долгое время не признавало СССР. Первыми в 1923 году, через шесть лет после Октябрьской революции, его признали Афганистан, Германия, Иран, Монголия, Польша, Турция и Финляндия. США признали СССР только в 1933 году. Но вне зависимости от внешних признаний советская власть была легитимна, а Советский Союз выступал важным актором мировой политики.

Вопрос в данном случае не о позиции Запада – она понятна, а о позиции России. Выборы в ДНР и ЛНР Россия так пока и не признала. МИД РФ заявил об «уважении к волеизъявлению юго-востока Украины». «Уважение» это не формулировка признания. Географическая адресация «юго-восток Украины» указывает на рассмотрение Новороссии как части украинского государства. Инициатива признания в Государственной Думе подверглась критике как преждевременная. Не признан со стороны России и суверенитет ДНР и ЛНР.

И это при том, что обращение от Донецкой Народной Республики с соответствующей просьбой к Российской Федерации и еще тринадцати государствам было направлено еще в мае.

На настоящее время ДНР признано только Южной Осетией. Очевидно, что российское руководство не желает из-за Новороссии усиливать конфронтацию с Западом.

Правильна ли такая позиция? По меньшей мере, она не последовательна. Ранее Россия признала независимость Абхазии и Южной Осетии. Чем, возникает вопрос, волеизъявление абхазов и осетин легитимнее волеизъявления новороссов? Почему, поддержав нарушение территориальной целостности Грузии, Российская Федерация демонстрирует совершенно другую позицию в отношении Украины?

Что дало признание независимости Абхазии и Южной Осетии? Оно, как известно, сорвало планы по введению в регион под предлогом предотвращения гуманитарной катастрофы «миротвоческих сил» ООН. Займи Россия тогда более компромиссную позицию, и войска НАТО уже находились бы в Цхинвале. А дальше разжигался бы новый очаг сепаратизма на Северном Кавказе, и сценарий распада России вновь, как и в период чеченских войн, оказывался в актуальной политической повестке. Шесть лет назад эти планы были сорваны.

Но почему этот сценарный проект не может быть проигран теперь уже в Новороссии? Возобновление активных военных действий – массовые человеческие жертвы – введение сил «миротворцев». И вот уже силы НАТО находятся фактически под Воронежем.

Существует, как известно, публичная и латентная компонента политики. Государственная власть выбирает, действует ли она открыто, либо тайно. Современная российская государственная власть на внешнеполитическом направлении все более предпочитает латентный формат действий. Правилен ли этот подход? С одной стороны, он дает больше возможностей для политического маневра. Но с другой, не артикулируется собственная позиция, и снижаются потенциалы идеологического месседжа. И если современная Россия берет на себя миссию выдвижения альтернативного по отношению к Западу проекта мироустройства, то она должна, как минимум, быть определенна в разграничении союзников и врагов, «белого» и «черного».


Вернуться на главную
*Экстремистские и террористические организации, запрещенные в Российской Федерации: «Свидетели Иеговы», Национал-Большевистская партия, «Правый сектор», «Украинская повстанческая армия» (УПА), «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ, ДАИШ), «Джабхат Фатх аш-Шам», «Джабхат ан-Нусра», «Аль-Каида», «УНА-УНСО», «Талибан», «Меджлис крымско-татарского народа», «Мизантропик Дивижн», «Братство» Корчинского, «Тризуб им. Степана Бандеры», «Организация украинских националистов» (ОУН), «Азов», «Террористическое сообщество «Сеть», АУЕ («Арестантский уклад един»)


Comment comments powered by HyperComments
597
1941
Индекс цитирования.
Яндекс.Метрика