Оптимизацией медицины к коронавирусу «готовились» на всех парусах?

Оптимизацией медицины к коронавирусу «готовились» на всех парусах?

Я снова о коронавирусе. Точнее не столько о нём, а о том, в какой ситуации оказались медики России и, соответственно, их пациенты перед лицом большой опасности. Начну с того, что постановлением Правительства РФ коронавирусная инфекция (2019-nCoV) внесена в перечень заболеваний, представляющих опасность для окружающих. Вирус попал в один ряд с такими заразами, как чума, холера, гепатит В и С, туберкулез, сибирская язва.

Что это может означать? Что для лечения инфекций, представляющих особую опасность, необходимы не только карантинные меры, которые президент Путин так и не объявил, но и наличие в достаточном количестве специализированных медицинских учреждений — диспансеров, а иже с ними и особых средств защиты для медперсонала (душевые, дезинфицирующая аппаратура, спецкостюмы и т. д.). Это следует из Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации».

В свете размышлений на эту тему можно вспомнить, что тот же актуальный для нашего времени туберкулёз лечится исключительно в специализированных учреждениях диспансерного типа. В СССР до самого его развала функционировала противочумная служба. Как минимум, в городах и районах при инфекционных отделениях больниц существовали спецкамеры (боксы) для лечения и профилактики опасных инфекций. Соответственно необходимыми средствами защиты обеспечивались и медики.

Вот типичная картина для среднестатистической больницы советского периода. Инфекционное отделение, как правило, это отдельно стоящее здание. Чаще всего на окраине города, вне жилых застроек, а иногда и вовсе за пределами населённого пункта. В структуре диспансера предусматривались поликлиническое отделение, приёмный покой, стационар, диагностические подразделения, лаборатория, процедурные кабинеты, душевые, раздельные палаты и изоляторы, спецтранспорт и т. д. В диспансерах действовал особый режим посещений и лечения. Больной не попадал в больницы общего профиля и не успевал до начала (и во время) лечения «наследить» там и заразить больных других отделений и медперсонал.

Что мы наблюдаем сегодня?

Инфицированных коронавирусом размещают в самые обычные больницы. Приходят сигналы, что в целом ряде учебных учреждений коронавирусу приходится отдавать дополнительные койко-места. К середине апреля российские больницы обязали предоставить для размещения больных с коронавирусом до 100 тысяч коек. Согласно постановлению правительства, выделение мест в стационарах произойдет за счет перепрофилирования части мощностей федеральных медцентров, а также временных ограничений на проведение диспансеризации, профосмотров и плановой госпитализации.

Приходят сигналы о том, что коронавирус подхватывают медики. Один только случай с заразившимся коронавирусом главврачом больницы в Коммунарке (где побывал Путин) демонстрирует всю опасность 2019-nCoV и беспомощность кремлёвских командиров. Российская статистика, увы, не балует нас свежей информацией о полном количестве заболевших медиков, которых и так катастрофически не хватает. Например, посетивший Южный федеральный округ секретарь Совбеза РФ Николай Патрушев заявил, что в ЮФО 840 зданий медучреждений находятся в аварийном состоянии, а нехватка медперсонала составляет более 46 тысяч человек, из них половина — врачи.

Большую часть информации о состоянии дел в регионах приходится получать в социальных сетях, где среди фейков и криков «всё пропало, нас захватили гуманоиды и цифровые вертухаи» попадаются вполне откровенные комментарии медиков или их родственников. И картина здесь совершенно не такая радужная, как её рисует федеральное ТВ. В медучреждениях присутствует вполне объяснимый страх за своё здоровье и здоровье своих родственников. А он в свою очередь порождён нехваткой оборудования, средств защиты, элементарных масок в аптеках, недостаточностью мер со стороны центральной власти.

Вот несколько цитат из соцсетей:

«…Врачей в больнице не хватает без всяких эпидемий — многих врачей по 1 человеку (то есть если врач заболеет его заменить просто некем)».

«…Защитных средств практически нет, они есть… в минимальных количествах. Элементарные маски даже шьют из марли. А такие защитные костюмы противовирусные, как в Китае, они видят только на картинках».

«…Сами врачи это люди в основном 50–60 лет, уже со своими болячками, инфарктники, есть кто на инвалидности и многие уже на „врачебной“ пенсии».

«… В Италии на сегодняшний день (31.03.2020) 6200 врачей заразилось, 39 умерло» (проверить данную цифру не представляется возможным — прим. ред).

«…Персонал от 50 и выше. Молодых до 40 лет трое. Уволиться не могут потому, что заменить некем. Машины скорой нет. Убрали из баланса еще в 2010-м, готовились к оптимизации. Чуть было не оптимизировали. Еле как отстояли стационар и амбулаторию. Заметь, это сельская больница, которая обслуживает десяток ближайших деревень. До центра района и центра соседнего района 200 км».

«…В селе обнаружили подозрение на коронавирус. Прилетели из Эмиратов и работали. На скорой увезли в город. В итоге фельдшер скорой болеет коронавирусом. А персонал медпункта с температурой на самоизоляции. Вот и все, в селе нет врачей».

«…Я не врач, но с ними общаюсь. Больница не инфекционная. В областном центре. Говорят, что благодаря коронавирусу, впервые врачам выдали медицинские маски. Обычные. Про противочумные костюмы спросила — он один на больницу и тот просрочен. Еще проблема — при подозрении на коронавирус с инфицированным будут общаться минимум четыре работника медучреждения. Где на них набрать средств защиты не ясно».

«…Медиков никак не посвящают в планы сверху. Информации официальной нет. Врач говорит, что, скорее всего, боятся, что врачи разбегутся. И у них есть основания бояться. При таком оснащении больницы врачи боятся за здоровье своей семьи. Они такие же люди, и у них есть родители, есть дети… И, да, либо больничные, либо увольнение врачей — это вероятная реальность, как ни печально».

Это комментарии пользователей сети на периферии РФ. Но ситуация в столицах отнюдь не лучше. Тревогу бьёт профессор медицины из северной столицы Сергей Варзин. Директор по развитию аналитической компании «RNC Pharma» Николай Беспалов константирует, что в результате проведённого исследования выяснилось, что в самой Москве медицинские маски продаются только в 13% аптек: «В аптеках их (масок — ред.) практически нет, и едва ли эта ситуация кардинально изменится».

То есть снова вся надежда на героизм врачей, а не на упредительные, плановые, системные меры и программы. Неужели изготовление необходимого количества медицинских масок (которые тоже, как говорят специалисты, не панацея) и плановое распределение их по регионам — это такая большая проблема для России? Но, как оказалось, при путинизме и это проблема.

Даже в игнорирующей мероприятия по борьбе с коронавирусом относительно спокойной и стабильной Белоруссии врачи тоже бьют тревогу. Сообщается, что медперсонал массово уходит в отпуск и увольняется из-за опасений заразиться коронавирусом. Сотрудники нескольких больниц в Минске и Витебске «слили» информацию, что медучреждения «забиты пациентами со странной двусторонней пневмонией». Врач из Минска также рассказал, что подал заявление на отпуск за свой счет. Он не готов работать в условиях, «когда пациент с инфекцией лежит в кожно-венерологическом отделении, где нужного оборудования просто нет».

Действующая система здравоохранения, доведенная до ручки оптимизацией, в состоянии справиться с эпидемией только ценой огромных человеческих жертв. Это уже доказала Италия. Россия только погружается в этот процесс. Но жёсткие вопросы напрашиваются не к медикам, а к власти. К Путину. К высоким чиновникам и депутатам, которые десятилетиями рулят оптимизацией медицины, пересаживаясь из одного начальственного кресла в другое. При этом, понимая, к чему ведут их реформы (в прошлом году Голикова, например, заявила, что смертность в России выросла в 32 регионах страны), но при этом не сворачивая с губительного пути. Игнорируя серьёзнейшие предложения трансформации всей государственной системы на основе спасительной для России Программы Сулакшина.

Оптимизация. Этим красивым словом, по сути, назвали планомерное уничтожение медицины. Вот лишь несколько цифр, характеризующих, что произошло в сфере охраны здоровья при правлении Путина.

Ровно три года(!) назад РБК опубликовал статью «Эксперты предсказали сокращение числа больниц до уровня 1913 года». В ней пишется, что в 2000–2015 годах количество больниц в России сократилось в два раза, с 10,7 до 5,4 тысяч. «В своем докладе „Здравоохранение. Оптимизация российской системы здравоохранения в действии“ специалисты отмечают, что, если власти продолжат закрывать больницы такими темпами (353 в год), к 2021–2022 годам количество медучреждений в стране достигнет 3 тыс., то есть уровня Российской империи в 1913 году», — сообщало издание.

Реформа здравоохранения, начатая при Путине, заключалась всего-то в оптимизации расходов за счет закрытия якобы неэффективных больниц и расширения использования высокотехнологичных медучреждений. Естественно, неэффективными посчитали те самые провинциальные больницы и инфекционные отделения, которые сейчас нужны России как воздух. Которые бы во многом сняли проблему распространения коронавируса и паралича непрофильных клинических больниц. Ресурс «Рулимс» проанализировал характерные параметры, описывающие российское здравоохранение в XXI веке и пришёл к выводу, что инфекционные больницы пострадали от оптимизации, возможно, сильнее всего. То есть к коронавирусу «готовились» на всех парусах.

«…В городе Москве за период с 2010 по 2014 год количество инфекционных коек сокращено в 1,5 раза, с 4617 до 3084 коек. Количество инфекционных коек для детей за указанный период сокращено в 1,6 раза, с 2556 до 1566 коек(источник ТАСС). Естественно, сокращение коек в инфекционных больницах также продолжалось и после 2015 года»; «В Москве была закрыта, как раз в 2015 году, крупнейшая инфекционная больница — Инфекционная клиническая больница № 3 (ИКБ № 3) в Курьяново», — сообщает сайт.

Общая картина по РФ, естественно, идентичная, если не более удручающая. Достаточно прогуляться по сети и посмотреть ужасающие фотографии, выкладываемые россиянами, пролечившимися в некоторых больницах регионов.

Ещё в феврале аналитическая служба международной аудиторско-консалтинговой сети «FinExpertiza» сделала предположение, что в случае проникновения коронавируса в Россию и развития эпидемии по «хубэйскому сценарию», лишь одному из трех инфицированных хватит койки в инфекционном отделении. Наибольший дефицит мест наблюдается в Московской агломерации: в столице на койку в инфекционном отделении может рассчитывать лишь каждый пятый зараженный, в Подмосковье — каждый четвертый.

Коронавирус уже в России. Каким будет сценарий его распространения, не знает никто. Или знают, но молчат. Лишь чиновники раз от разу бросают в массы оптимистические комментарии. При этом уповая то на самоотверженность врачей, то на самосознательность граждан, то на иммунитет, который гражданам каким-то образом нужно повышать.

А раньше разве об этом не знали? Что человек должен работать не более 40 часов в неделю? Для иммунитета. Что должен активно отдыхать, а не пахать на 2–3 работах. Должен оздоравливаться в пионерских лагерях, на турбазах, в санаториях и профилакториях, которые выкуплены сильными мира сего и нередко перепрофилированы. И это наряду с оптимизаций учреждений здравоохранения — тоже серьёзная проблема, требующая общегосударственного решения.

Причём решения не сиюминутного, в пожарном порядка, во исполнение какого-то указа или поручения президента, а системного, с внесением соответствующих изменений в конституцию. Впрочем, не ту конституцию, которую президент переписал под себя, лишь сымитировав некий процесс её социализации.

Базовые проблемы общества, такие, как народосбережение, психологический комфорт человека, его  нематериальная и средовая защищенность, право на отдых, на гарантируемые государством охрану здоровья и медицинскую помощь, на здоровый образ жизни может решить только принятие новой конституции, макет которой представлен Центром Сулакшина.

В ней предусматриваются государственные планы и программы развития, решения и действия государственных органов и их должностных лиц, направленные на народосбережение: укрепление здоровья, семьи, повышение рождаемости, снижение числа абортов, увеличение ожидаемой продолжительности жизни, снижение смертности населения.

Управление государством демографическим развитием, воздействием на факторы идейно-духовного состояние народа России через образование, воспитание, культуру, пропаганду и средства массовой коммуникации; на качество государственной демографической политики; на уровень и качество жизни; на управление внутренними и внешними миграционными процессами в России.Новая конституция предусматривает даже такие понятия, не учитываемые в путинских кругах, как спокойствие и уверенность в настоящем и будущем, на которые имеет право каждый человек. А государство в свою очередь обязано содействовать реализации этих стандартов и оказывать поддержку. А также обеспечивать защищенность человека от опасного (неблагоприятного) массового информационного воздействия, от негативного влияния человеческой деятельности, неблагоприятного состояния окружающей среды, санитарно-эпидемиологического неблагополучия, чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера, их последствий.

В проекте новой конституции отдельными статьями выписаны положения о праве на отдых и обязательствах государства создавать условия для организации досуга, туризма, физкультурно-оздоровительной и спортивной деятельности граждан России; обеспечивать установленные федеральным конституционным законом продолжительность рабочего времени, выходные и праздничные дни, оплачиваемый ежегодный отпуск; гарантировать охрану здоровья каждого человека и обеспечивать приоритет профилактических мер в области охраны здоровья и проведение всеобщей диспансеризации населения.

Все эти конституционные установки вписываются в общую логику конструкта проекта Основного Закона Центра Сулакшина, по которому народосбережение, человеческая жизнь, достоинство, социальная справедливость, гуманизм и взаимное уважение между людьми — относятся к категории высших ценностей России, неоспоримо защищаемых государством. Что защищает действующая модель конституции — все уже разобрались. Кого и что защищает гарант конституции, тоже становится всё более понятно даже тем, кто ещё совсем недавно кричал «Если не Путин, то кто?».

Коронавирус показал всей стране, что власть в лице президента предоставила гражданам своей страны спасаться в одиночку, в самоизоляции, а всей своей предыдущей деятельностью крепко подставив и отечественную медицину, которую при реализации Программы Сулакшина мы выведем на лидирующие места в мире. А всё, что нареформировано и наоптимизировано при путинских разрушителях, будем сообща восстанавливать и укреплять.


Автор Владимир Викторович Волк — публицист, Союз народной журналистики, команда поддержки Программы Сулакшина.



Вернуться на главную
*Экстремистские и террористические организации, запрещенные в Российской Федерации: «Свидетели Иеговы», Национал-Большевистская партия, «Правый сектор», «Украинская повстанческая армия» (УПА), «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ, ДАИШ), «Джабхат Фатх аш-Шам», «Джабхат ан-Нусра», «Аль-Каида», «УНА-УНСО», «Талибан», «Меджлис крымско-татарского народа», «Мизантропик Дивижн», «Братство» Корчинского, «Тризуб им. Степана Бандеры», «Организация украинских националистов» (ОУН), «Азов», «Террористическое сообщество «Сеть», АУЕ («Арестантский уклад един»)


Comment comments powered by HyperComments
276
641
Индекс цитирования.
Яндекс.Метрика