Вам шашечки или ехать?

Вам шашечки или ехать?

Сгущающаяся политическая атмосфера в России, нарастающие распадные явления и противоречия, внешнее давление и нетерпение окончательно решить «русский вопрос», порождают всё более острые дискуссии в интернет пространстве. Именно в интернет, не СМИ — пространстве, которое четко политически цензурируется и управляется и в котором всё хорошо на уровне 86%. Но это «хорошо» не имеет отношения к реальной жизни и, главное, к приближающейся и очевидно тревожной перспективе России.

Режим подходит к границе устойчивости, за которой вариативные сценарии, к сожалению, обещают стране во всех случаях жестокие испытания. И риторика, настрой мысли, если есть мозги, из рутинной, бытовой, пофигистско-наблюдательной должна переходить к профессионально ответственной и планирующей политическое, человеческое, мужское поведение.

Просматриваемые приближающиеся условия российской жизни иллюстрируются для непонятливых недавними и текущими событиями на Украине. Это гражданские столкновения, это стрельба, это гибель мирных жителей, детей, это голод и отчаяние, разрушенные судьбы с неизвестным будущим, ужас по поводу судеб детей и молодых людей, только входящих в жизнь.

Российский обыватель и претендующий на политическую активность и даже в отдельных экзотических случаях на лидерство политический обыватель — всё никак не может перестроиться на серьёзный лад, всё живет в некоем пустозвонном, упрощённом, риторическом, лозунговом смысловом пространстве. Например, никак не может вспомнить и понять, что Сталин шел на союз со своими врагами и идеологическими противниками — США и Великобританией — в борьбе против общей угрозы. Что-то они не осуждают этот союз и победителя в Великой Отечественной войне. Но как только в российском аналитическом пространстве появляется серьёзная политическая аналитика, элементы прогнозирования, планирования, программирования реальных, а не придуманных пафосных героических игрушечных картинок, тут же начинается вой и визг.

Конечно, такая реакция, прежде всего, характеризует уровень соответствующих «героев». Бог бы с ними, но не очень умудренные в тонкостях, вызовах и жестоких форматах реальной политики на грани гибели страны обыватели склонны внимать этим воплям и визгам.

Мы специально публикуем две работы А.Несмияна, которые, на наш взгляд, отличаются глубоким, аналитически ответственным, продуманным взглядом на тактическую перспективу России, открывают дискуссию по вопросу реальных, а не театрализованных прогнозов и тактик. Материалы, которые вызвали упомянутые визги и всхлипывания.

И теория нестационарных переходных процессов в сложных социальных системах, и история, в том числе, нашей собственной страны, говорит о двух типах публичных активистов: первые — это люди процесса, которые удовлетворяются самореализацией, громкой фразой, яркими словесными подвигами, и я бы назвал это предельно жестко, политическим блудодейством.

И второй тип людей — публичных лидеров, активистов, политических руководителей — людей цели, который ставят задачи и их решают. Ставят цели и их достигают. Это не тот случай, когда цель оправдывает средства, у людей с нравственным императивом средства всегда фильтруются и выбираются. Единственная ситуация, в которой фильтр абсолютно очевиден, это ситуация войны не на жизнь, а на смерть: либо убьют тебя, твою семью, твой народ, либо победишь ты. В этом и есть мерило нравственности защитника своего народа и своей семьи.

Люди цели понимают, что позитивный результат возможен только при достижении цели. В отличие от людей процесса, удовлетворяющихся от самого процесса, людей цели процесс удовлетворить не может. Классики говорили о том, что на пути к цели все, даже оскорбляющие слух и обывательский ум методы, приемы, маневры, союзы, которые очевидно и доказуемо позволят вам добиться этой цели, необходимо видеть, анализировать и планировать. Что и делает в своих небольших работах А.Несмиян. Его нужно поблагодарить за это усилие, которое вызвало потоки малоприятных визгов, поскольку время тревог, время дискомфорта, время нечеловеческих усилий приближается. И подобные дискуссии очень полезны с точки зрения размежевания на тех, кто доволен и удовлетворяется, а кто даже собирая щелчки и даже непонимание от тех, у кого простота хуже воровства, делает своё дело: видит цель, идёт к ней и ведёт к ней.

Читатель оценит всё сам.

Проф. С.С.Сулакшин


СТРАСТИ ПО НЕМЦОВУ

Анатолий Несмиян

Наблюдаемые страсти по Немцову в годовщину его гибели в очередной раз подводят к весьма характерному для России парадоксу. Что власть, что страстотерпная либеральная оппозиция, горюющая сегодня, полностью отвечают знаменитой одесской оценке «Оба хуже». Выбор между национал-предателями и бандитско-клептократическим режимом выглядит мерзким с любой стороны. Классический ложный выбор при отсутствии другого.

Парадокс заключается в том, что в случае, если мы будем поставлены перед выбором по-настоящему, делать его между разными сортами мерзости все равно придется. Только принцип выбора будет неаппетитным — кто менее отвратителен и опасен для страны и ее будущего.

Делать такой выбор, кстати, все равно придется. В существующем деспотическом режиме бандитской азиатчины ее кончина неизбежна. Против природы не попрешь — режим нацелен не на развитие страны, а на перераспределение имеющегося, уже поэтому предел устойчивости неизбежно будет достигнут, после чего нынешняя конструкция столь же неизбежно развалится. С одним немаловажным «но» — ничего хорошего в таком случае все равно не произойдет. Никакого царства свободы и справедливости в этом случае не предвидится.

А предвидится два сценария дальнейшего развития.

Первый — режим трансформируется и фашизируется. На таком пути он сможет восстановить свою устойчивость через открытую диктатуру, в которой не будет даже намека на социальное государство — говоря иначе, за ротенберговские миллиарды и их сохранность заплатит весь народ резким ухудшением своей жизни. Кто хочет посмотреть, как это бывает в реальности — может взглянуть на Украину. Именно таким образом доевший всю предыдущую устойчивость клептократический режим Украины удержался у власти — через фашизацию, через гражданскую войну, милитаризацию и резкое ухудшение жизни населения с одновременным выдавливанием его из страны. Вполне рабочий сценарий и для нас. Росгвардия — это как раз подготовка к нему, равно как и прочие мероприятия, которые сегодня кажутся кромешным идиотизмом — достаточно вспомнить «пакет Яровой».

Второй сценарий — условный Февраль. Откровенная сдача страны в коллаборацию Западу на самых подчиненных из всех возможных ролей. Собственно, либеральная оппозиция к этому и призывает под вывеской общечеловеческих ценностей и необходимости примкнуть к цивилизации. По факту этот сценарий — отложенное уничтожение страны через ее передачу в управление Западу. Уже безо всяких промежуточных прокладок вроде нынешнего путинского режима, который, в общем-то, тоже рвется в «мировую элиту», но при этом старается набить карманы — здесь, кстати, и кроется его ключевое противоречие и с Западом, и либеральной оппозицией — они категорически возражают против личного обогащения российских олигархов, так как оно идет за счет невыплаты репараций Западу. Народу России при любой ситуации ничего не достанется — драка Запада с Путиным и его друзьями идет именно за характер перераспределения украденного у народа России. Запад требует всё ему, путинские друзья рвут некоторую часть под себя. Вот и всё противоречие.

У либеральной оппозиции в этом вопросе никаких разногласий с Западом нет — всё туда.

Здесь и кроется парадоксальность выбора между бандитским режимом и предателями из либеральной оппозиции. Что те, что другие — это, в общем-то, смерть для страны и народа. В первом случае — быстрая, в течение жизни буквально одного-двух поколений, во втором случае — чуть отложенная. Три-четыре поколения.

Паршивость происходящего в том, что любой другой выбор сегодня носит немирный характер-либо через гражданскую войну, либо через распад страны. Условный какой-нибудь «православный ИГИЛ» сегодня, провозгласив лозунги справедливости и войну за нее, почти со стопроцентной вероятностью доведёт дело до общей катастрофы — и не потому, что он плохой или неправильный. Потому, что война за справедливость будет иметь всеобщий и совершенно нелокальный характер, а значит — удержать ситуацию не удастся никому. Итогом любой революции — сиречь вооруженного восстания масс — сегодня и в будущем станет распад страны и ее полная дезинтеграция без возможности восстановления. Конечно, возможно чудо, как в 1917–22, когда удалось собрать большую часть страны, но откровенно говоря, стратегия ориентации на чудо всегда имеет очень зыбкий характер. Игрок-наркоман может позволить себе ставить последнее, он по-другому просто не может, но с рациональной точки зрения таким путем можно идти, только когда уже нет никаких других вариантов.

Я полагаю, что изначальный парадокс заключается в том, что путинский режим (понятно, что путинский — понятие условное, речь идет о явлении более общего порядка — о бандитском Петербурге, а равно и Москве, и провинции), получивший политическую и государственную власть в огромной стране — в общем, путинский режим есть зло хтоническое. Абсолютное. При нем у России нет вообще никакого будущего — даже гипотетического. Он просто доест страну навылет, после чего они умрут оба. Это раковая опухоль, которой безразлично, что будет с организмом хозяина, ее программа — просто жрать. Ни малейших мыслей, что она тоже умрет после гибели организма, у нее нет. Что вполне объяснимо — у рака нет мозгов, только программа. Мирной трансформации режима тоже не предусмотрено — он отторгает все, что не вписывается в программу уничтожения страны.

Условный либеральный Февраль при любом отношении к нему — явление иного порядка. Задача тру-либералов — в эксплуатации России в интересах Запада. Все, что мешает этой задаче, должно быть искоренено, однако у такой системы есть ряд существенных ограничений, которых в принципе не существует у мафиозной путинской вертикали. Эти ограничения — отказ от дикой азиатской деспотии и минимальный набор гражданских свобод. Без иллюзий — ни о каком допуске народа к власти и здесь речи не идет, но либеральная система задает определенные степени свободы, с помощью которых можно вернуть власть народу, используя особенности западной демократии. В конце концов, есть пример мирного захвата власти политической силой, которая априори была враждебна западной демократии. Я имею в виду нацистов Гитлера. В кайзеровской Германии у него не было ни малейшего шанса, в Веймаровской Германии он появился. Да, в униженной, побежденной, разгромленной Германии. И да — идеи нацистов преступны и в конечном итоге привели их в 45 год, что означает, что они были нежизнеспособными. Быть великими за счет других — эта идея всегда выглядит клиникой.

Тем не менее, вариант мирного перехода от либеральной модели с использованием либеральных инструментов вполне реален. И только в либеральной модели возможно создание системной политической силы, способной на такой переход.

И это уже не стратегия чуда, а вполне системная и рационально считываемая задача. Небыстрая — но вероятность ее гораздо выше любых военно-революционных процессов. Хотя повторюсь — я не исключаю ситуации, когда революция и война станут неизбежными — путинский режим не будет добровольно уходить, и ввергнуть страну в гражданскую войну он вполне способен и без колебаний пойдет на нее ради спасения награбленного. В конце концов, Украина — прекрасный пример, на что могут пойти воры и преступники ради сохранения украденного у народа. Естественно, нацистская идея «Россия юбер аллес», если она вдруг возобладает, конечно же, приведет к той же самой катастрофе, которая наступила и для Германии — быть великим за чужой счет не получится. Но идея национального возрождения с опорой на внутренние источники и для своего собственного населения выглядит вполне продуктивной. «Чужого не надо, свое не отдадим» — более русская идея, чем любая другая.

Таким образом, если очень рамочно, то можно сказать следующее: либеральная оппозиция — это зло, но путинский режим — зло абсолютное. Выбор между ними и двумя путями развития страны очевиден. Это означает, что при всей брезгливости (и это не фигура речи) к либеральным идеям и их олицетворяющих персонажам сугубо тактически против путинского режима и до его крушения с ними можно и нужно контактировать, общаться, искать общие точки и взаимодействовать. Но только в этом и только до момента крушения нынешнего режима. После — нет.

При этом нужно считать допустимым установление в постпутинской России именно либерального режима, полагая его злом, но отдавая себе отчет в том, что это зло может быть побеждено уже мирным путем — или по крайней мере, некатастрофическим. И бороться с либеральным режимом в рамках системы, ставя перед собой цель и задачу строительства национального суверенного и ориентированного на внутреннее развитие государства. И да — на этом пути вполне возможна даже война с Западом. Но это будет уже не война за миллиарды Ротенберга и яхты Сечина, мотивация ее будет принципиально иной.


СТРАСТИ ПО СТРАСТЯМ

Анатолий Несмиян

Не скажу, что совсем неожиданно, но получилось весьма любопытно. Мой текст про логику момента, которая подводит к тактическому союзничеству со всеми, кого не устраивает нынешний режим, включая и либералов — и с ними, кстати, в первую очередь — вызвал единодушное отторжение и у прямых нацистов, и у левых, и правых. Отметились и беглые укропропагандисты на доверии, которые учат нас любить нашу Родину здесь, в безопасном от своей Родины далёко.

Такое единодушие в какой-то степени даже укрепляет меня в мысли, что сказанное верно. По банальной причине — за душой у нынешней «несистемной» оппозиции нет ничего — ни рациональных решений, ни результатов. Зато есть разговоры за хорошее. В таком статусе ей удобно, комфортно и главное — совершенно безопасно. Как обычно, периодически кого-то излавливают и показательно насекомят — но это входит в правила игры, чтобы взбодрить. Неудивительно, что весь спектр от леваков до нациков гневно возроптал против самой мысли объединяться с «белог.ндонниками». Кстати, напомню — это определение ввел Великий Гений Всех Времен в своем неподражаемом гоповатом стиле а-ля «podvorotnya», так что при употреблении термина нужно ставить значок копирайта автора.

На самом деле вопрос не стоит и выеденного яйца. Всегда есть задачи приоритетные и перспективные. На бытовом уровне все прекрасно понимают, что если решено делать ремонт со вскрытием полов, заменой проводки и тому подобное, то поклейка обоев — задача явно перспективная, а сам ремонт проводить в белом наутюженном фраке — не самая лучшая идея. Но то, что кажется естественным на бытовом уровне, полностью слетает, как только речь идет о чуть более сложных вещах.

Если признать, что путинский режим смертельно опасен для страны, то «ремонтная логика» требует расстановки приоритетов. (Повторюсь — условный путинский режим. От конкретной личности наверху пищевой пирамиды он, конечно, зависит, но лишь в персональном смысле. Суть его программы на уничтожение страны остается неизменной).

Задача лечения раковой опухоли в таком случае выглядит более приоритетной, чем лечение насморка или ушиба. Понятно, что режим раковой опухолью считает нас — народ страны, потому и поступает с нами соответственно. С нашей точки зрения рак — это он. Есть, конечно, и те, кто валяется в полной анестезии, а потому им совершенно безразлично, кто там болезнь, а что — лекарство. У них нирвана. И таких, к сожалению, очень много.

Собственно, здесь и проходит водораздел между теми, кто в белых фраках и теми, кто готов надеть робу.

Я уже задавал вопрос, от которого мои коллеги — не пойму, бывшие или нет — по К-25 шарахнулись, как черт от ладана.

Вопрос простой и очень конкретный — вы намерены страдать за русский народ или намерены решать его проблемы? Если решать — то перед вами стоит вопрос о власти. Без нее вы будете страдать до морковкиного заговенья и даже дольше. Ну, а далее включается стандартное причинно-следственное сценарно-ситуативное планирование. Намерены брать власть? Как? Три пути — революция, системная эволюция, «поднять с земли». Других нет. По какому вы готовы идти? Есть ли у вас понимание, что нужно делать в первом случае, втором, третьем? Если да, то огласите весь список, пожалуйста. Если нет — то новая итерация. Начинаем сначала. Я лично полагаю, что пока наиболее вероятным сценарием является сдвиг, после которого режим предпримет попытку трансформироваться. Трансформироваться кроме как в фашистскую диктатуру, ему некуда — только в таком виде он сможет еще какое-то время продолжить грабеж и уничтожение страны. В каком виде этот сдвиг произойдет — сейчас не скажет никто. Переворот, обрушение или хаотизация — сейчас все сценарии равновозможны, но то, что предел устойчивости системы на исходе — вряд ли вызывает сомнение, а потому впереди острый кризис и попытка выхода из него через сдвиг и трансформацию.

Собственно, здесь и есть шанс на ликвидацию этого режима. То есть — на решение приоритетной задачи. В момент трансформации любая система неустойчива, любое проектное планирование стохастично. Здесь и можно, и даже нужно ломать любые проекты по фашизации страны и превращения ее в Украину. И белый фрак с белыми перчатками и бетонными принципами здесь — признак отсутствия разума. Для решения приоритетной задачи нужно будет искать союз со всеми, кто считает ее приоритетной. С либералами в том числе. С нацистами, кстати, как раз нет — они, как и на Украине, будут под вывеской строительства национального государства вести борьбу за интересы «правильных русских людей». Черепа нацисты меряют только тем, у кого нет миллиарда, у кого он есть, сразу получает справку об истинно русском происхождении и причислении их к рангу «национально ориентированного бизнеса». Так что как раз с этими в разведку ходить — себе дороже. (Оговорюсь — я уже писал ранее, что различаю нацистов и профрусских от стихийных националистов, и между ними имеется абсолютно принципиальная разница).

Чем более бескровным будет слом проектных сценариев по трансформации режима — тем лучше для будущего страны. Еще одну гражданскую мы можем и не пережить. Да и людей жалко — слишком мало нас осталось. Поэтому такой шанс использовать всегда нужно, даже если на белом фраке и появятся разводы.

Далее — по ситуации. Получится снос режима — придет время строительства нового. Я полагаю, что либералы — наиболее организованная на сегодня сила, имеющая доступ к серьезным ресурсам. Потому вне зависимости от любых предпочтений слом режима без гражданской войны будет означать их приход во власть. И из этого нужно исходить и планировать дальнейшие шаги и мероприятия.

Собственно говоря, я сейчас максимально просто разложил обычный причинно-следственный ряд. Где причина «тащит» за собой следствие. В этом ряду есть и противоречия, и развилки вероятностей — их я сознательно упустил для упрощения модели.

Я редко возвращаюсь к ранее написанному и уж тем более не пытаюсь раскрыть сказанное ранее. Это как анекдот — ты или понял его, или нет. Но тема очень непростая и дискуссионная. Потому некоторый смысл, конечно, есть.

Источник: 1, 2 



Вернуться на главную
*Экстремистские и террористические организации, запрещенные в Российской Федерации: «Свидетели Иеговы», Национал-Большевистская партия, «Правый сектор», «Украинская повстанческая армия» (УПА), «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ, ДАИШ), «Джабхат Фатх аш-Шам», «Джабхат ан-Нусра», «Аль-Каида», «УНА-УНСО», «Талибан», «Меджлис крымско-татарского народа», «Мизантропик Дивижн», «Братство» Корчинского, «Тризуб им. Степана Бандеры», «Организация украинских националистов» (ОУН), «Азов», «Террористическое сообщество «Сеть», АУЕ («Арестантский уклад един»)


Comment comments powered by HyperComments
1309
4621
Индекс цитирования.
Яндекс.Метрика