Вклад мигрантов в российскую преступность

Вклад мигрантов в российскую преступность

Максим Волков

Незначительный — по России. Существенный — в отдельных регионах.

Вопрос иностранной преступности в РФ является предметом всевозможных спекуляций. Между тем, ответить на него довольно просто — на сайте Генеральной прокураторы РФ есть подробная статистика.

Из статистики следует, что вклад иностранцев в российскую преступность незначителен и держится примерно на одном уровне — 3,4-3,8%. Однако показатель сильно разнится в зависимости от региона. Например, для Тывы (0,05-0,2%) преступники с иностранным гражданством — экзотика, в Москве (20-25%) — часть повседневной реальности, фактор, который ощутимо отравляет жизнь москвичам и гостям столицы.


Всего субъектов, в криминогенную обстановку которых иностранцы сделали вклад выше среднего по стране, — 13 штук.


Их можно поделить на четыре группы.

К первой относятся Москва, Московская и Калужская области, Санкт-Петербург, Ленинградская и Псковская области — центральные регионы, экономически развитые, с большим количество трудовых мигрантов, которые и портят полицейскую статистику своими поисками альтернативных источников дохода.

Вторая группа — Ямало-Ненецкий АО и Ханты-Манскийский АО — схожа с первой — трудовые мигранты из Средней Азии и республик Кавказа как основной источник иностранного криминала. Плюс китайцы, плюс географическое положение, поэтому упомянута отдельно.


К слову, в кризис процент гастарбайтеров от общего количества преступников падает вместе со спадом входящей миграции. По Москве особенно заметно — с 24,8% в 2013 г. до 21,8% в 2014 г.

Третья группа — Крым и Севастополь — по уровню иностранного криминала занимает второе место после Москвы и Московской области — 12% и 14% соответственно. Подозреваю, не все крымчане получили российские паспорта, поэтому в сводках фигурируют как украинцы, то есть лица с иностранным гражданством. Поэтому столь внушительные показатели.

Особо следует отметить приграничные области: Белгородскую, Брянскую и Смоленскую — четвертую группу. После начала гражданской войны на Донбассе количество преступников-иностранцев в этих субъектах стабильно увеличивается. Есть мнение, существует прямая зависимость между ростом числа беженцев и ухудшением криминогенной обстановки.


Гастарбайтеры и беженцы вносят существенные вклад в преступность там, где они есть в достаточном количестве, чтобы сбиться в национальные диаспоры, сформировать преступные сообщества, где их просто напросто много. В настоящее время под данные условия уверенно подпадает лишь Москва и Московская область, Санкт-Петербург в меньшей степени. Жителям Брянска, Смоленска и Белгорода пока рано возмущаться, но можно начинать беспокоиться. В остальных субъектах проблема иностранной преступности носит умозрительный характер. Гастарбайтеры едут туда, где есть работа, а работы в России всё меньше и меньше. Разумеется, с ухудшением экономической обстановки уровень преступности будет расти, но благодаря местным художникам, а не залётным.

Большинство россиян может спать спокойно — если и суждено кому получить кистенём в лоб, то, скорее всего, от русского православного татя, а не заезжего басмача.


Вернуться на главную
*Экстремистские и террористические организации, запрещенные в Российской Федерации: «Свидетели Иеговы», Национал-Большевистская партия, «Правый сектор», «Украинская повстанческая армия» (УПА), «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ, ДАИШ), «Джабхат Фатх аш-Шам», «Джабхат ан-Нусра», «Аль-Каида», «УНА-УНСО», «Талибан», «Меджлис крымско-татарского народа», «Мизантропик Дивижн», «Братство» Корчинского, «Тризуб им. Степана Бандеры», «Организация украинских националистов» (ОУН), «Азов», «Террористическое сообщество «Сеть», АУЕ («Арестантский уклад един»)


Comment comments powered by HyperComments
1527
5133
Индекс цитирования.
Яндекс.Метрика