Любу-«Огонёк» знал весь Сталинград

Любу-«Огонёк» знал весь Сталинград

Владимир Викторович Волк — эскперт Центра научной политической мысли и идеологии

23 августа 1942 года — особенный день в судьбе легендарной жительницы Сталинграда Любови Васильевны Прокофьевой. Она до сих пор живёт в центре города, пытается вести активный образ жизни. О Сталинграде и его героях снято немало талантливых художественных фильмов, немало написано книг. Между тем, Любовь Прокофьева могла бы стать прототипом героини, пожалуй, самого интересного романа или сериала о событиях на Волге в 1942–1943 годах и после войны.

В конце 1942 года весь Сталинградский фронт пел знаменитую песню на стихи Михаила Исаковского «Огонек». К концу войны произведение облетело всю великую страну. И мало кто знал, что музыку к тексту популярного поэта написала юная Люба Прокофьева — девушка из Красноармейского района Сталинграда. Любовь Васильевна пережила всех живых свидетелей ее концертов в госпиталях, на площадках для солдат Красной Армии. Со многими из них она дружила, вела переписку. Все знали, что Люба-Огонек — автор и первый исполнитель ставшего народным военного шлягера «на позицию девушка провожала бойца». Да только история и чиновники от культуры предпочли вычеркнуть ее имя из соавторов песни. Так «Огонек» и остался народным. В музыкальных сборниках, энциклопедиях значится «автор музыки неизвестен».

Сюжет этой всенародно известной, любимой песни времен Великой Отечественной войны бесхитростен и прост. Но стоит ей прозвучать в наши дни, как в памяти тех, кто ее слышал и пел в военные годы, проносятся волнующие страницы далеких лет. «Сейчас трудно себе представить, какое ошеломляющее впечатление произвела эта картина: уходит боец на позиции и, удаляясь, долго видит огонек в окне любимой. А люди знали: половина страны погружается ночью в непроглядную темноту, даже машины не зажигают фар, и поезда движутся черные. Вражеские самолеты не найдут цели. Поэтический образ огонька на окошке превратился в огромный и вдохновляющий символ: не погас наш огонек, никогда не погаснет! Песня еще одной неразрывной связью скрепила фронт и тыл», — так описывал эффект, который производила песня в период войны, поэт Евгений Долматовский.


АВТОРСТВО НЕ ДОКАЗАНО

Точкой отсчета в биографии песни принято считать 19 апреля 1943 года — день, когда газета «Правда» опубликовала на своих страницах стихотворение Михаила Исаковского «Огонек» с подзаголовком «Песня», но без нот и какой-либо ссылки на то, что к нему написана музыка. Первая запись «Огонька» с той мелодией, которая всем нам хорошо известна, песня была записана на грампластинку и прозвучала по Всесоюзному радио в 1947 году, в исполнении Владимира Нечаева с эстрадным оркестром Радиокомитета под управлением Виктора Кнушевицкого.

По всей вероятности, именно Кнушевицкий и осуществил первую музыкальную редакцию, запись и аранжировку того напева, который бытовал в устной традиции, передавался из уст в уста, с живого голоса на живой. На этикетке пластинки было указано, что слова песни М. Исаковского, а музыка — народная. То же самое говорилось и в передачах радио, когда она звучала. С тех пор разгорелись споры вокруг авторства мелодии «Огонька», которые не затихают по сей день. Союз композиторов даже создавал специальную комиссию, чтобы выяснить, кто же автор «Огонька». И, в конце концов, «решил» эту проблему — большинством голосов проголосовал, что стихи «Огонька», напечатанные в «Правде», поются на мотив польской песенки «Стелла».

Впрочем, сам Долматовский в своих воспоминаниях писал, что стихи Исаковского военного периода распространялись гораздо быстрее, чем музыка к ним. Их переписывали, пересылали в письмах. И на фронте, и в тылу гармонисты и гитаристы подбирали мотивы. «Огонек» же потому и был опубликован в «Правде» в 1943 году, что к тому времени уже стал любимой песней миллионов советских людей.

«Мало кто обратил внимание на это, — вспоминает Любовь Прокофьева. — А попал этот стих ко мне в августе 1942 года, когда я не успела эвакуироваться и так и осталась в южной части Сталинграда, сейчас это Красноармейский район. На южную высоту приехал журналист по фамилии Иринин, я его потом разыскала. Оказалось, что это псевдоним военного корреспондента Бориса Бурштына. Он и привез на клочке газеты рукой переписанный стих Михаила Исаковского. Причем ни названия, ни концовки стиха не было, кто-то, видимо, оторвал кусочек бумаги для закрутки сигареты. Поэтому название песни я придумала сама — «Золотой огонек». И концовку дописала «.за любимую девушку, за родной огонек», с повтором «…за любимую родину, за родной огонек».

В тот период, по словам Любови Васильевны, Сталинградскому фронту нужен был эмоциональный патриотический подъем. Связной 64-й Армии обратился ко всем военным и гражданским с призывом проявить творческую активность. Бойцы собрали массу текстов.

Но именно «Золотому огоньку» суждено было стать песней Сталинграда. Люба сочиняла песни с детства. Играла на гитаре. Когда солдаты услышали ее новую песню, проблема с музыкальными инструментами отпала сама собой — в доме на хуторе Собачьем появилось несколько гитар. Приходили бойцы с гармонью, переписывали текст, запоминали мелодию. А Любу стали приглашать для выступлений перед солдатами. «В октябре в городе шли страшные бои. К нам, на южную высоту приезжал член ЦК партии Мануильский, встречался с бойцами, — продолжает Любовь Васильевна. — Мне посчастливилось побывать на этой исторической встрече с солдатами переднего края. И я спела им свой „Золотой огонек“.

Мануильский оценил эту песню и хотел подарить мне свои часы. А я отказалась, сказала, что в такой обстановке вряд ли я их сохраню, ведь в городе уже почти не осталось местных жителей, только военные».

Выступая на совещании перед началом наступления, одну из своих песен, «Черные ресницы», Люба посвятила командующему 57-й Армии генералу Федору Толбухину. Помнит, как приходил к ней домой баянист Василий Корж с переправы, он с местными девушками разучивал «Огонек» к 7 ноября. Позже все они ушли на передовую. Всего Любовь Прокофьева написала около сорока песен. После войны выступала с ними на конкурсах и фестивалях, получала дипломы и почетные грамоты. Ее «Меч Победы» до сих пор звучит на праздниках в Красноармейском районе, а «Тюльпаны» популярны на «Красном Октябре». Но «Золотой огонек» в ее творчестве стоит на особом месте. Он вместе с бойцами Красной Армии сражался за Сталинград и вместе с ними дошел до Берлина.


СВИДАНИЕ БЫЛО НАЗНАЧЕНО НА 23 АВГУСТА…

Автор текста песни «Тюльпаны», фронтовик, полковник МВД поэт Николай Байбаков в 1945 году посвятил Любе Прокофьевой свой стих «Баллада о фронтовом огоньке». Как говорит сама Любовь Васильевна, когда спустя много времени в 1987 году она лично познакомилась с автором этого стихотворения, то обнаружила, что по его творчеству можно было проследить часть своего жизненного пути. Оказывается, Любу-Огонек знал весь Сталинград! Слава шла впереди нее.

После войны Любовь Васильевна закончила в Луганске музыкальное училище, работала в музыкальных школах Волгограда, на Севере — дирижером, преподавала теорию музыки в институте. Доказать свое авторство легендарной песни она пыталась неоднократно, пытались помочь это сделать и коллеги и живые свидетели сталинградских событий 1942 года, но бюрократическая машина не позволила это сделать, наполовину осиротив произведение. Однако в своих книгах цикла «Незабываемое» Любовь Прокофьева подробно описывает историю рождения «Золотого огонька».

Незабываемой осталась и история знакомства со своим будущим мужем. Еще до начала наступления фашистов на центр Сталинграда, летом 1942 года в Красноармейском районе уже шли бои. Любовь Прокофьева вместе с другими артистами приехала с концертом в центр. После выступления к ней подошел молодой человек и попросил переписать тексты песен. Договорились встретиться в ближайшее воскресенье. Это было… 23 августа, встреча так и не состоялась. Нашли друг друга уже намного позже, в 1948 году. Через год расписались и прожили вместе больше 50 лет.

Любовь Васильевна взяла фамилию мужа — Сидорова, но все песни и книги на протяжении жизни издавала под девичьей фамилией.

Фото Любови Прокофьевой (almavolga.ru)

Разве эта удивительная история не заслуживает внимания российских мастеров слова и кинематографистов, зачастую работающих над примитивными и высосанными из пальца сценариями? Лучший сюжет для популяризации героической истории нашего народа — это сама жизнь простого русского человека. 

 


ЕЩЁ ПО ТЕМЕ

За Сталинград! За Родину!

Сталинград. Обесцененная Победа...

Когда кипела Волга...

Александров. Генерал священных гармоний

Война как духовное посвящение: архетипы русской поэзии — I

Война как духовное посвящение: архетипы русской поэзии — II



Вернуться на главную
*Экстремистские и террористические организации, запрещенные в Российской Федерации: «Свидетели Иеговы», Национал-Большевистская партия, «Правый сектор», «Украинская повстанческая армия» (УПА), «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ, ДАИШ), «Джабхат Фатх аш-Шам», «Джабхат ан-Нусра», «Аль-Каида», «УНА-УНСО», «Талибан», «Меджлис крымско-татарского народа», «Мизантропик Дивижн», «Братство» Корчинского, «Тризуб им. Степана Бандеры», «Организация украинских националистов» (ОУН), «Азов», «Террористическое сообщество «Сеть», АУЕ («Арестантский уклад един»)


Comment comments powered by HyperComments
2841
9679
Индекс цитирования.
Яндекс.Метрика